ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

З А К Р Ы Т Ы Й П Е Р Е Л О М
п о в е с т ь
Лаской страшишь, оскорбляешь мольбой,
Входишь без стука.
Все наслаждением будет с тобой -
Даже разлука.
Пусть разольется в зловещей судьбе
Алая пена.
Но прозвучит, как присяга тебе
Даже измена...
Анна Ахматова
"Случалось ли в лодке переезжать быструю
реку? Надо всегда править выше
того места, куда вам нужно, иначе
снесет. Так и в области нравственных
требований надо рулить всегда выше -
жизнь все равно снесет."
Лев Толстой
1
Рабочий день закончился, сотрудники разошлись, где-то в конце
коридора уборщица громыхала щеткой, звякала ведром и что- то вор-
чала себе под нос, а Виктор все еще сидел и тяжело смотрел на теле-
фон. Потом решительно снял трубку, подержал ее в руках, глядя в ок-
но, и положил на место.
Сквозняк, вздохнув, прихлопнул дверь кабинета. Виктор
вздрогнул, встал, щелкнул замками "дипломата", вышел и запер за
собой дверь собственным ключом.
Пустые учреждения всегда наводят уныние - легли на свои пол-
ки бумаги, с которыми весь день бегали из комнаты в комнату озабо-
ченные люди, утихли телефоны, смолкло радио. Виктору, когда он
проходил по коридору, вяло представилась бессмысленность дневной
суеты, показались равнодушно-пустыми, как эти канцелярские ком-
наты, все дела, которые еще несколько часов назад были крайне
важными и неотложными.
Впрочем, это ощущение пустоты и бессмысленности быстро
прошло, потому что в душе у Виктора постепенно зрела черная тос-
ка. Она его еще не тревожила пока он садился в свою машину, грел
мотор, ехал домой, ни даже когда он вошел в квартиру и закрыл за
собой дверь.
Виктор снял пиджак, прошел в большую комнату и опустился в
кресло. Перед ним, на стене, были развешаны гипсовые маски. Они
удивлялись, тревожились, корчились от нестерпимой боли каждая по-
своему и все вместе составляли огромное, белое, пустоглазое лицо
страдания.
Может быть в такой момент лучше двигаться, действовать, ко-
лоть дрова или бездумно бежать до изнеможения, но стоило Виктору
расслабиться, как все внутри у него окаменело, исчезло обычное
восприятие звуков, вкуса, цвета, запахов - так ему стало БОЛЬНО.
Боль, наваливаясь до звона в ушах, сдавила горло, гулко застучало
сердце и онемели руки. Виктор никогда не думал, что боль духовная
может быть равноценна или сильнее боли физической. У Виктора
даже мелькнула мысль, что у него началось психическое расстрой-
ство, хотя через какое-то время болезненная, катастрофическая остро-
та прошла, осталось лишь постоянное ощущение каменной тяжести,
надорванности, открытого перелома...
Виктор сам заслужил свою боль.
Кого же еще винить?
2
В тот день, всего полгода назад, Виктор договорился со своим
начальством, что во второй половине дня он поедет в министерство, а
сам позвонил в главк, Ефрему Анатольевичу, получил от него прин-
ципиальное согласие на визу одного непринципиального документа,
узнал, что Ефрем Анатольевич уходит на совещание и порадовался
своей удаче: теперь Виктор мог объяснить, что он, де мол, был в
главке, успел заручиться согласием Ефрема Анатольевича, но тот
торопился на совещание и не успел поставить визу. Обеспечив себе
формальное алиби своего отсутствия на работе, Виктор поехал домой,
по пути забежав в овощной магазин. Потом тщательно убрался в своей
двухкомнатной квартире, смахнул пыль, пропылесосил полы, вокруг
низкого, длинного журнального столика расставил стулья таким обра-
зом, чтобы они образовали амфитеатр, в котором каждый зритель
был бы обращен лицом к раздвижному экрану. На обеденный стол,
сдвинутый к окну, Виктор установил слайд-проектор, а экран пове-
сил на треногу около стены с масками.
Виктор гордился своим домом, хотя немалых трудов после
смерти родителей ему стоило сменить мебель, уютно и рационально
организовать свой быт, свою среду обитания, создать свою атмосферу,
где ему, именно ему, Виктору Григорьевичу Коробову, было бы не-
принужденно и покойно.
Маски были оригиналами, Виктор делал их сам и в свободное
время он мог часами сидеть перед стеной с масками, меняя их мес-
тами и добиваясь оригинальной композиции в целом.
Первыми пришли Антон и Таисия.
Антон скинул дубленку, шарообразную шапку волчьего меха и
протянул Виктору согнутую клешней руку:
- Здорово, старик.
Антон - высокий, крепкий, начинающий лысеть блондин в
вельветовых джинсах, черном кожаном пиджаке, песочного цвета
рубашке с погончиками и дымчатых очках, хотя на дворе стояли
февральские морозы. Лицо и руки покрыты плотным, как бы въев-
шимся в кожу загаром. Такой загар бывает, если человек провел дол-
гое время в горах или на море. К загару и серым глазам особенно шла
белозубая улыбка, правда, улыбался Антон редко.
- Погодите, ребята, там тапочки есть, - нагнулся Виктор к галош-
нице, но Таисия решительно преградила ему путь.
- Нет, нет, не надо, я лучше босиком побегаю, мне так лучше,
свободнее, да и к земле поближе. И давайте помогу, что надо.
В руках у Таисии были гвоздики, преподнесенные, очевидно, Ан-
тоном. Невысокая, крепко сбитая, Таисия источала энергию и жар
жадной до жизни молодости.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики