ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Тогда он обойдет бронетанковые формирования русских. Аксман только что представил мне донесение о позициях противника.
Он принялся раскладывать пуговицы на карте:
– Они здесь. И здесь.
Потолок содрогнулся, и с него посыпалась штукатурка. Гитлер раздраженно смахнул ее с карты.
Во второй половине дня по бункеру поползли слухи:
– Исчез Фегелейн.
Фегелейн был офицером связи СС. Он уже давно не показывался в бункере. Он отсутствовал на двух последних совещаниях и только звонил узнать о положении дел.
Гитлер послал наряд полиции разыскать Фегелейна.
Слухи естественным образом породили всевозможные предположения. Фегелейн давно планировал бежать в Аргентину. Он заранее обзавелся фальшивыми паспортами. У него был чемодан бриллиантов. Он вел тайные переговоры с противником.
Подобного рода разговоры продолжались какое-то время, а потом пошли на убыль. Люди понижали голоса и говорили: «Но, конечно…»
Конечно что? Конечно, нельзя забывать, что он зять Евы Браун.
Никто точно не знал, какое это может иметь значение. Ева Браун, насколько все знали, не пыталась влиять на Гитлера. Мысль, что кто-то может действительно влиять на него, казалась нелепой. Никто не знал, любила ли она вообще Фегелейна или не хуже других понимала, что он женился на ее сестре, дабы оказаться рядом с престолом. Тем не менее…
Тем не менее это давало пищу для разговоров. В бункере жаждали услышать новости, изнывали от желания услышать какие-нибудь новые новости.
Вечером командир Гитлерюгенда, Аксман, принес такие новости.
Ева Браун была самым странным обитателем бункера. Ее комнаты, естественно, находились в дальнем конце коридора, рядом с комнатами Гитлера, и несколько раз в день она выходила оттуда, чтобы посидеть в кресле в коридоре.
Я никогда прежде не видела Еву Браун, даже мельком. Однажды я видела ее лицо на фотографии в газете, и человек, показавший мне снимок (то был Эрнст, и, видит Бог, он рассказывал мне многое, чего рассказывать не следовало), на мгновение замялся, прежде чем ответить на мой вопрос «кто это?». Считалось, что никакой Евы Браун просто не существует. Считалось, что наш вождь выше потребности в женщине. О ней знали только в узком кругу приближенных лиц, и, насколько я поняла, знали немногое. Большую часть времени она даже не жила в Берлине. Разве что иногда выступала в роли хозяйки на чаепитии у фюрера.
Возможно, думала я, там и знать-то особо нечего.
Однако несколько недель назад она появилась здесь, по собственной воле. И даже (поговаривали в бункере) вопреки распоряжению Гитлера. Он велел Еве остаться на юге, в относительной безопасности. Когда сотни штабных офицеров и министерских начальников покинули Берлин и толпами устремились в горы (в том числе, как известно, Толстяк), она одна проделала путь в противоположном направлении.
Это вызывало у меня восхищение. В своих разговорах с Евой я пыталась разглядеть в ней черты, объясняющие столь самоотверженный поступок.
– Бедный Адольф! – сказала она, снимая волоски собачьей шерсти с подола своего синего платья. – Все покинули его в беде, даже люди, к которым он лучше всего относился.
Она принялась рассказывать историю про Шпеера, не совсем мне понятную.
– Адольф был ему как отец, и у них было очень много общего, ведь они оба архитекторы, – сказала она. – Вы знаете Шпеера?
– Лично – нет.
– Адольф был такого высокого мнения о нем. – Она вздохнула. – Они еще пожалеют!
Последнюю фразу Ева произнесла с ожесточением, сильно меня удивившим. Я молчала, ожидая продолжения.
– Когда настанет конец, – пояснила она.
– Очень пожалеют, – сказала я.
– Просто замечательно, что вы решили остаться здесь с нами. – Она крепко пожала мне руку. – Это будет величайший момент нашей жизни.
Ева одарила меня ослепительной улыбкой, отчего ее лицо вдруг стало безжизненным, словно кукольное.
Тут к нам подошел хмурый человек с блокнотом в руке, который постоянно у всех выпытывал, что кому говорил Гитлер, и все старательно записывал, – и мне не удалось спросить, что она имела в виду.
На третий день своего пребывания в бункере я сидела в кресле и ела колбасу, когда кто-то сел рядом со мной.
– Мы незнакомы, – сказал мужчина. – Я Рейнхард. Здесь с фон Беловом.
Фон Белов был офицером связи военно-воздушных сил и часто заходил в комнату генерала. Я предложила майору Рейнхарду кусок колбасы.
– Нет, спасибо, – сказал он. – Я недавно поел питательного овощного супа. Неудивительно, что рейхсмаршал не продержался здесь долго. Знаете, это даже к лучшему. Когда он находился в совещательной комнате, никто не имел права зайти туда.
Поскольку мы познакомились всего минуту назад и уже говорили о Толстяке, я спросила майора, был ли он здесь, когда пришла злополучная телеграмма. Он рассказал мне очень интересную вещь.
– Гитлер был в отвратительном расположении духа. Наступление, приказ о котором он отдал, не состоялось. Оно не состоялось за неимением солдат, но ему же этого не скажешь. Он заявил, что Рейх обречен и что он собирается остаться здесь и умереть. Все запротестовали. Мы пытались уговорить Гитлера перебраться в Оберзальцбург на несколько недель, но если уж он принимает решение… Так или иначе, Кейтель спросил его, как он собирается командовать из бункера, когда почти все оставшиеся у нас войска находятся в Альпах. И Адольф ответил, что в любом случае с приказами покончено. Если им нужны приказы, сказал он, пусть обращаются к рейхсмаршалу, который лучше него умеет вести переговоры.
Я медленно жевала колбасу.
– И об этом сообщили… – проговорила я.
– Разумеется.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики