ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Это теперь, в девяностые годы, все приблизилось к здравому смыслу. А еще в семидесятых подобные пережитки были неотъемлемой частью Системы.
Но чем выше ты забираешься, тем виднее твой зад окружающим. И как бы ты ни старался, твое прошлое перед кем-нибудь да вылезает. Именно поэтому я не рассказывал о своем прошлом никому, кроме Какисимы. Только он знал о том, что я был первым и единственным сыном главаря преступной группировки. Да не просто группировки, а мафиозного клана, державшего под контролем огромную территорию. Старшеклассником я вел себя как заправский якудза. И поменял свои привычки лишь несколько лет спустя.
«Копаться в прошлом — не в моих интересах…» Мой ответ президенту слетел с губ неосознанно. Возможно, я просто напомнил ему об ошибке, которую он допустил двадцать лет назад, не покопавшись-таки в моем прошлом. Возможно, он помнил об этом все эти годы и без напоминаний. Возможно, мне просто хотелось его отблагодарить, но я не нашел подходящих слов. А может быть, температура под сорок просто расплавила мне мозги. Не знаю.
Я посмотрел в окно. День начинался совсем не так, как вчера. Солнце уже всходило, и его лучи карабкались все выше по углам небоскребов. Я смотрел в окно, и окна домов отбрасывали мне в глаза блики солнца. Разгоралось утро ранней весны.
Я вернулся к себе. Еще раз заглянул в стол. И понял, что пропала не только кассета. В ящике также не было ни визитки профессора Ёды, ни карты, которую нарисовал Исидзаки. Хотя уж их-то, помню точно, я сунул сюда перед тем, как заперся в переговорной.
Я позвонил охраннику. Имя человека, который сдал вчера ключ от рекламного, они записали. Я спросил, кто это. В 17:50 ключ сдала госпожа Мари Охара, сообщила охрана.
— И вы ничего подозрительного не заметили?
— Да нет… — ответили мне и повесили трубку.
Я взглянул на часы. Полвосьмого. Экстренное совещание директоров вот-вот начнется. Для обычных сотрудников выходить на работу еще рановато. Самое время, чтобы звонить с работы куда тебе вздумается.
Открыв ноутбук, я запустил поиск, который не успел закончить вчера. На экране высветились адрес и телефон. Я снял трубку и набрал номер.
Ответили практически сразу:
— Алло! Ёда слушает.
Голос почти тот же, что и по телевизору. Меня тоже будили сегодня утром, но я говорил куда раздраженнее.
— Господин Ёда?
— Это я…
— Моя фамилия Хориэ, я из компании «Напитки Тайкэй». Извините, что беспокою в такой ранний час. Я хотел уточнить, знаком ли вам Хирохиса Исидзаки, президент нашей компании?
— «Напитки Тайкэй»? Президент Исидзаки?
— Да-да. Вы его знаете?
— Имя слышал. Но встречаться не доводилось.
— То есть вы не знакомы?
— Нет. А в чем дело?
— Странно… — сказал я. — Дело в том, что вчера я просматривал видеозапись, которую сделал господин Исидзаки. А поскольку в этих кадрах оказались и вы, хотелось бы кое-что уточнить.
— Не пойму, о чем вы. Нельзя ли подробнее?
В двух словах я пересказал ему содержание записи. Не упомянув ни о компьютерной графике, ни о рекламном ролике.
— С ума сойти! — с чувством воскликнули в трубке. — Вы знаете… Здесь какая-то ошибка. Я уверен, он снимал кого-то другого. Действительно, я живу на Ниси-Адзабу. Но я не бегаю по утрам. И с господином Исидзаки никогда не встречался… Так вы поэтому звоните?
— Нет, — ответил я. — Я звоню не поэтому. Сегодня ночью президент Исидзаки скончался. А я уполномочен оповестить всех его родных и знакомых.
— Скончался?! Да что вы говорите! Не знаю, что и сказать… Но постойте, ведь смерть такой крупной фигуры — серьезная новость. Только что новости посмотрел — там ничего не было. Да и в утренних газетах об этом ни строчки…
— Это случилось после полуночи. Официальных сообщений прессе еще не делали.
— Вот оно как… Значит, к утренним новостям не успели. А он, я слышал, был еще молодой?
— Шестьдесят шесть. Покончил с собой. В трубке помолчали. Потом отозвались:
— Ужасно, конечно… Очень признателен за сообщение и очень сожалею о том, что случилось. Но, как я уже сказал, с господином президентом я никогда не встречался. Вы уж меня извините за бестактность, но мне, ей-богу, сейчас не до этого…
— Ну что ж, — сказал я, — наверное, господин президент ошибался, считая вас своим близким знакомым. Ради бога, извините за беспокойство.
— Ну что вы, со всеми бывает. Прошу принять мои соболезнования.
— Благодарю вас. Ну что же, буду звонить дальше по списку.
Подбросив ему еще парочку извинений, я повесил трубку. Взгляд упал на экран ноутбука.
Итак. Первое, о чем он подумал, услыхав о смерти Исидзаки: знает ли пресса? Ёда знал, что по возрасту помирать президенту еще рановато. В таких случаях первое, о чем спрашивают, — от чего человек скончался. Но он даже не заинтересовался способом самоубийства. Я нашел в компьютере возраст профессора Ёдьг. Тридцать девять. Проницательный экономист? Герой информационной эпохи?
7

В дверях показался Санада. Торопливыми шажками просеменил через зал и плюхнулся в кресло рядом. Сиденье под ним жалобно скрипнуло, он шумно выдохнул. Таким перепуганным я его еще никогда не видел.
— Хориэ! Какой кошмар, а?!
Как и вчера, без приветствия. Впрочем, от Какисимы я его тоже не слышал. Похоже, сегодня никому не хотелось желать друг другу доброго утра.
— Да уж, — буркнул я.
Он посмотрел на меня и тут же отвел глаза.
— А тебе, похоже, все как с гуся вода…
— Вы так думаете? А что, слезами обливаться было бы уместнее?
— Я не о том! Опять щетиной оброс, как дикобраз… Я понимаю, что температура и все такое. Но в такой день мог бы выглядеть и поприличнее!
Его слова забегали в моей голове, как тараканы. Возможно, в кои-то веки в них была какая-то правда. Я молчал.
— Я только что от Какисимы. Докладывал ему о вчерашних событиях. Как я понял, с тобой он уже беседовал. Уж не знаю почему, но мне было велено держать язык за зубами…
Значит, Какисима не сообщил Санаде о моем втором разговоре с президентом. Воистину: настоящий дипломат побеждает молча.
— Да, меня он тоже об этом просил. Оно и понятно. Начни мы с вами болтать — кто знает, как это истолкуют?
— Может, ты и прав, — вроде бы согласился Санада. — Но все равно непонятно…
— Что непонятно?
— Вчера президент был совсем не похож на человека, который подумывает о самоубийстве.
— Согласен, — кивнул я. — Просто гром среди ясного неба. Кстати, у вас не осталось копий, что делала Охара? Визитки профессора Ёды и карты, которую нарисовал президент?
— Я их выбросил.
— Выбросили?
— Ну президент же сказал, что ролик отменяется. Зачем нам тогда эти копии?
— И действительно. Очень разумное решение. Он скользнул по мне злобными глазками и, словно вспоминив о чем-то, снова открыл рот:
— И все-таки странно. Когда ты смотрел эту пленку, ничего особенного не заметил?
Я выжидательно посмотрел на него.
— Я вчера весь вечер думал об этой записи, — сказал он. — И кое-что сообразил.
Я молчал.
— Уж не помню точно, как это чертово здание выглядело на записи… Но я тебе скажу: странные перила у этого балкона! То ли дом проектировали кое-как, то ли в жилконторе у них сплошные разгильдяи… В общем, одно из двух. Весь вечер из головы не выходило.
— Да, решетка у этих перил и правда какая-то странная. Дизайн, конечно, красивый. Но в самом низу, между поперечными прутьями, слишком большой зазор. Словно пара прутьев вылетела…
— Вот и я о том же. Теперь понимаешь?
— Что?
— Обычно балконы с внешней стороны укреплены тем же материалом, что и стены. Сталь, алюминий, нержавейка — что-нибудь в таком роде. У этого балкона прутья стальные. Но именно сталь изнашивается быстрее всего! Такие случаи были — прутья ржавеют и отваливаются. Несмотря на это, архитекторы продолжают использовать именно сталь. Потому что на ней дольше держится краска. Проектировщики заботятся о внешнем виде больше, чем о безопасности!
— Да, этому зданию и правда лет двадцать, не меньше… Однако вы здорово во всем этом разбираетесь, босс! Откуда?
Явно польщенный, Санада задрал нос.
— Несколько лет назад меня выбирали председателем товарищества жильцов нашего дома. Тогда у нас произошло то же самое — ребенок с балкона свалился. И мне пришлось ковыряться во всех этих подробностях. Там тоже мальчуган на балконе играл. И ударился о прут решетки. Стальная решетка совсем проржавела и даже от слабого удара вывалилась вместе с ребенком. Слава богу, у нас он упал со второго этажа на мягкий газон. Отделался легкими ушибами…
— Вот как? — сказал я и задумался. — Значит, попади эта запись в эфир — возник бы скандал с владельцами самого здания?
— Несомненно! — кивнул Санада. — Я сразу об этом подумал. При всем моем уважении к президенту — хорошо, что мы не стали выпускать этот ролик. Признаюсь, после первого просмотра, я тоже подумал — какой сильный видеоряд! Просто клад для рекламы! Но, рассудив хорошенько, понял: начнется скандал вокруг проектировщиков здания. А имиджу «Антика» это совсем ни к чему. Хотя, возможно, президент и сам это сообразил, вот и решил все остановить…
Да, черт возьми. Санада был профи. Несмотря ни на что, приходилось это признать.
Он встрепенулся, словно вспомнил что-то еще.
— Да, кстати! Вчера с президентом вы говорили о чем-то странном… Я ничего не понял.
— Да ладно, босс, — оборвал я его. — О чем могут болтать усталый старик и без пяти минут безработный? Ни к нашему с вами делу, ни к делам компании это уже не относится. Меня вообще лихорадит. Можно, я поеду домой?
— Что, так плохо?
— Ваше лицо перед глазами расплывается.
— Уф-ф… — выдохнул Санада и наконец кивнул. — Ладно. Иди отдыхай. Дел у тебя, я смотрю, почти не осталось.
— Почти? После того как ролик отменили, вообще делать нечего. Сегодня я приехал по вызову, за который уже отчитался. Чем еще прикажете заниматься в законный отгул?
Санада криво усмехнулся:
— Да езжай, черт с тобой…
— С удовольствием!
Когда я поднялся с места, он снова окликнул меня:
— Да! А где сейчас запись, которую тебе передал президент?
— Когда стало известно, что ролика мы не снимаем, я тут же отправил ее президенту по внутренней почте.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики