ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тот бы передал мне просьбу Алексея, и сейчас я лежала бы в его объятиях, целовала бы его прекрасное лицо. И была бы абсолютно счастлива.
– Да, кто бы мог подумать! – подала голос Галя. – Докрутилась! Если бы ты была более разборчива в связях, этого бы не произошло!
– Замолчи, если хочешь выжить, – сквозь зубы зашипела Ольга.
Я же вдруг разревелась в голос, думая о том, какая же все-таки сложная штука – жизнь. И хотя теперь с моей души свалился огромный камень и светлый образ Алексея Рубина засиял в моей душе с новой силой, было совершенно непонятно, что же дальше делать. Допустим, я его по-прежнему люблю. Хотя что там «допустим». Люблю, как кошка, как бешеная пантера. Но ведь прошло больше чем полгода! Полгода, которые я прожила в доме другого мужчины. Господи, я идиотка! Надо было уходить в монастырь. Тогда у меня было бы больше шансов на чудо. Я бы его могла там вымолить! А теперь… Что мне сказать Алексею, какие найти слова? И вообще, как мне его найти?
О господи, что же я реву? Мне же надо бежать! Звонить, писать, давать телеграммы, посылать е-мейлы, бить в колокола. Вдруг он тоже решил вышибать клин клином? Вдруг он уже живет с какой-нибудь более покладистой и умной женщиной, у которой нет змееобразной сестры и подруги, которая думает, что она умнее всех? Караул! Господи боже мой, сделай так, чтобы он еще был свободен. Я все понимаю, такие красавцы долго не ходят в одиночестве. Ну, тогда сделай, чтобы он не все еще, а уже был свободен. Сделай же что-нибудь!

Глава 5, в которой я решаюсь идти до конца

Экстремальный туризм – штука, на которую весьма легко подсесть, как, скажем, на какой-нибудь героин. Стоит один-два раза попробовать – и все! Ты на всю жизнь попал в цепкие лапы дикой природы. Экстрим-зависимые люди минимум четыре раза в год переживают своеобразную ломку. Они с тоской смотрят на небо, их не радует зарплата, они теряют в весе и перестают интересоваться работой и семьей. В ушах у них шумит ветер и стонет прибой. Они начинают искать горные реки, опасные повороты, шиверы, пороги, их манит высота или шум воды. В поисках своего кайфа они готовы залезть куда угодно далеко и подвергнуться какой угодно опасности. В какой-то момент они могут не справиться с собой и залезть на небоскреб, пользуясь только альпинистскими крюками, чтобы посмотреть на мир с настоящей высоты. Этот допинг может раскрыть в пациентах невероятные способности. Они начинают летать на аэропланах, кататься на досках по аэропотокам или прыгать с парашютом с таких высот, с каких никогда не спрыгнуть нормальному человеку. Их невозможно остановить, так что не стоит и пытаться. Они хватаются за рюкзаки и консервы, а по ночам, во сне инстинктивно дергают руками, изображая греблю или травя помалу альпинистские канаты. Отпустите их! Не думайте, что сможете их излечить! Они должны подставить свои лица лучам яркого солнца, сверкающего в шумных горных потоках. Вдохнуть разреженный воздух поднебесных вершин, насмотреться на необъятные запредельные горизонты. Они насытят свою кровь адреналином, изранят свои руки о камни, покорят все возможные вершины и вернутся. Как только пройдет очередной острый период болезни и им станет легче. Они токсикоманят на свежем воздухе и вольном ветре. Они слагают об этом песни, которые распевают под гитару, они дышат дымом костра…
Когда я с Алексеем Рубиным сидела в теплом охотничьем домике, наслаждаясь его поцелуями и теплом огня в камине, я ничего не знала о его работе. Для меня слова «экстремальный туризм» носили обезличенный, общий характер. Их смысл складывался из беготни аниматоров, заставляющих менеджеров от табачной промышленности скакать через костер или играть в командные игры, а также из сказочных рассказов Алексея про разные красивые уголки планеты. Эти красивые истории напоминали мне передачу «Вокруг света», но я не понимала, что стоит за этими его туристскими байками. Ведь прежде чем наслаждаться красотами Айленд-Пика, на него надо еще залезть. И что гейзеры Исландии хоть и горячи, но вокруг на много километров растянулась ледяная кромка планеты. Впрочем, и Боливия оставалась для меня все это время просто словом. Названием, за которым лично для меня ничего нет. И вот теперь, когда я истерично копалась в Интернете, переписывая телефон компании «Вершины мира», все стало принимать гораздо более реальный характер.
– Турфирма «Вершины мира», менеджер Олеся, слушаю, – приятным голосом ответила мне телефонная трубка.
Мы с Олей сидели у нее дома, запивая водкой валерианку и валокордин. После разговора с Галиной у меня остались только две возможные модели поведения: я могла напиться и рыдать, не переставая, кляня горькую судьбу, жестоко посмеявшуюся надо мной, или могла напиться и начать звонить Рубину, игнорируя голос разума, говоривший, что на дворе конец июня и прошло слишком много времени. Я, естественно, выбрала вторую модель.
– Девушка, а как мне связаться с Алексеем Рубиным? – по бумажке читала я.
Оля написала мне текст на случай, если у меня снова заклинит голову и словарный запас иссякнет, как золотая жила на отработанном руднике.
– С Рубиным? Никак. Он на Алтае, – радостно сообщила менеджер Олеся.
– Черт! – хлопнула я себя по коленке. Что ж такое, никогда его нет на месте. То в Боливии, то на Алтае.
– Что? – не поняла Олеся.
– А когда… когда он будет? – промямлила я.
Оля сделала страшное лицо. Я вопросительно вытаращилась на нее.
– Через месяц. В конце июля, – ответила Олеся. – Он там будет до конца алтайского сезона.
– А ему нельзя передать сообщение? – спросила я.
Оля странно мотала головой. Я закрыла трубку рукой и шикнула на нее. Но она была непреклонна и что-то пыталась мне сказать.
– Можно. Но передадут его недели через полторы, так как сейчас он на маршруте и не должен выходить на связь.
– Люлька, прекрати молоть чепуху! Ты должна ехать! А вдруг ему не передадут сообщение! – яростно шипела Оля.
– А вы точно передадите? – спросила я.
– А что вы, собственно, хотите ему передать? – заинтересовалась Олеся.
Я хотела было сказать: передайте ему, что я его люблю, но это было бы глупо. И она бы точно не передала ничего подобного по рациям и экстренным спутниковым телефонам, или чего у них там есть из связи.
– Я … одно очень важное сообщение. А может, я бы могла к нему приехать лично? – брякнула я.
Олеся несказанно удивилась:
– Приехать? Куда? На Катунь?
– На… куда? – не поняла я.
Тут Оля вырвала у меня из рук трубку и снова занялась спасением утопающих.
– Девушка, милая. Вопрос жизни и смерти. Скажите, если бы от вас зависела судьба двух любящих сердец, вы пошли бы им навстречу? Выполнили бы святую миссию? – огорошила Олесю Соловейка.
– Ну… конечно, – растерялась та.
– Тогда дайте нам телефон Рубина. И, если можно, еще Павла Стешенко. Где, вы сказали, экспедиция?
– О, как интересно! А любящие сердца – чьи? – прониклась ситуацией Олеся.
– Вы мне – телефоны, адреса, явки и пароли, а я вам – все подробности этой трагической истории! – Оля сделала предложение, от которого Олеся не смогла отказаться. Через минуту у нас были телефоны Алексея и Павла, а также весьма путаное описание маршрута Барнаул – Сростки – Чуя – Катунь – Чемал – Барнаул, в неопределенной точке которого сейчас находился Алексей. Естественно, его телефон не отвечал.
Так как я не сопротивлялась, Ольга решила, что обязана все поправить, и набрала номер Павла Стешенко. Этот хрен с горы, как водится, оказался на связи. Вот почему всегда так: Алексей в Боливии или где-то в глубинах Алтая, а гадкий Стешенко говорит «алле»?
– Алле! Это кто? – деловито поинтересовался Стешенко. У меня немедленно началась тахикардия с элементами инсульта, но Оля была крепка, как кремень.
– Это Ольга. Из Москвы. Вы меня не знаете, но это не важно. У меня к вам есть очень серьезный разговор.
– Да? Ну и что? Давайте выкладывайте! – ощетинился Стешенко. Я затаила дыхание и слушала их разговор по громкой связи.
– Вы помните, как звонили в Москву по поручению Алексея Рубина? Он не смог приехать и попросил вас позвонить.
– Не помню, – моментально отреагировал Паша. – Я занят, перезвоните завтра.
– У вас этого «завтра» может и не быть, – замогильным голосом заявила Оля.
Паша, кажется, растерялся.
– В каком смысле?
– Тогда вам ответила некто Галина. Она сообщила вам, что Юля выходит замуж. Верно?
– Ну, допустим, – с неохотой согласился он.
– Видите ли, эта самая Галя вам соврала. Ни за кого Юля замуж не выходила. Она чуть не отравилась, когда Рубин не приехал. Я лично ее отвозила в Институт Склифосовского! – Я зашикала, но Ольга дернула меня за рукав и подмигнула. Мол, не дрейфь, я знаю, что делаю.
Паша, кстати, и правда замолчал. Потом откашлялся и спросил:
– А что ж она мне тогда про какого-то Мишу сказала?
– Миша бросил Юлю несколько лет назад, когда она родила. Это долгая история. Суть в том, что Миша, может, и хотел жениться на Юле, но она, как пионер-герой, уволилась с работы, послала Мишу подальше и сидела, ждала Алексея. Который, как вы понимаете, не приехал. По вашей милости, между прочим! – в Ольгином голосе зазвучали критические нотки.
Стешенко немедленно засел в глухой обороне.
– А что ж тогда она не уехала с ним, когда он приехал? Вы меня на пушку не берите. Я тут ни при чем!
– Ни при чем! – ахнула я. – А кто мне сказал, что Алексей – мерзавец и просто попользовался мной?
– Юля? – насторожился Стешенко.
– А кто еще! – возмутилась я. – Ведь это после разговора с тобой я чуть не сошла с ума. И уехала к Мише, что равносильно самоубийству!
– Я ничего не понимаю, – заюлил Стешенко. – Чего вам надо?
– Когда он приехал, то Юли не застал, – примирительно пояснила Оля. – Зато застал меня. А я, как и вы, была уверена, что знаю, что для Юльки лучше. И теперь я имею подругу, близкую к нервному срыву.
– А от меня-то вы чего хотите?
– Вы эту кашу заварили, вы должны и придумать, что нам делать. Как нам связаться с Рубиным? – деловито подытожила Оля.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики