ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Ну, валяй дальше, сукин сын…
А после ужина странный зубастый китайский мальчишка в вонючих белых шортах — чистильщик обуви, сидящий на коробке в подъезде на Канал-стрит, взглянул на него и улыбнулся проницательно и злобно…
— Надраить, мистер?
Мистер Харт холодно на него посмотрел, и мальчишка сделал жест, словно дрочит… Невыносимо думать, что существует 500 000 000 потенциальных источников такого хамства. Законы по Исключению Востока заблокировали опасный наплыв эмигрантов и заложили основу будущих военных конфликтов… В программе мистера Харта предусмотрено несколько таких конфликтов, чтобы еще раз подчеркнуть необходимость постоянного усиления контрольных мер…
Законы о подоходном налогообложении: Эти законы сделали невозможным получение сверхприбылей и гарантировали, что никто не накопит состояния, с помощью которого можно подорвать интересы богатства и монополии: интересы мистера Харта.
Паспортный и таможенный Контроль: Формула, на которой основана работа контрольной машины Харта, — односторонняя связь. Каждого можно заставить общаться с контрольной машиной. Нетрудно понять, что любые контрольные меры расширяют масштаб принудительного общения.
Антинаркотический Закон Гаррисона: принятый Конгрессом закон, создающий сначала тысячи, а следом и миллионы преступников, расширяет полномочия и личный состав полиции и делает всех врагов контрольной машины преступниками по определению… Мистер Харт конструирует свою контрольную машину. Он знает, что СМЕРТЬ — это фотография Смерти. Вашей смерти. Доказательство — тот факт, что существует кто-то, делающий снимок. Покажи человеку снимок его смерти, и ты его убьешь. Страх — это фотографии твоего страха. Покажи кому-то его снимок в состоянии страха, и он начнет бояться…
Мистер Харт уничтожит страх. Он будет использовать страх до тех пор, пока тот не перестанет производить желанный эффект.
Лунный пейзаж… Мистер Харт окружен собаками, они странно скалятся на него, рычат. Мистер Харт держит плетку магнитных полей, испещренную пучками света. Он заносит плетку, хлещет собак горячими иглами света.
— Прочь прочь прочь…
Собаки рычат и скулят, но подходят все ближе. Плеть их больше не пугает.
В разбомбленной деревне юный Гай встает на колени рядом с Одри, смотрит на серое лицо умирающего.
Вопрос: Может ли Гай тебе чем-то помочь?
Ответ: Он должен быть рядом, вот и все. Тот, кто находится рядом, уже помогает.
Вопрос: Но, разумеется, могут произойти страшные вещи… Старый пьяный священник стремглав выбегает из джунглей… Или, что еще хуже, шлюха Одри, которая выследила его на передовой, бьет Гая ножом в спину, бросается на Одри и вышибает из него последний дух???
Ответ: Как говорил Хемингуэй, "очень трудно быть человеком, немногим удалось это пережить". Работа помощника — быть рядом.
Старый Сержант сбивает священника с ног за долю секунды.
Мексиканский мальчишка склоняется с чашкой воды быстрее, чем успевает добрести пьяный поп.
Толстый санитар вовремя встает между шлюхой и носилками.
Вопрос: Одри, тебя также казнили на электрическом стуле. Каковы характеристики этой формы смерти?
Ответ: В этом случае тоже очень важны помощники. Они обычно появляются во сне. Их трое — это серые человечки в темных костюмах и серых фетровых шляпах, настороженные холодные серые бандитские глаза смотрят искоса, непроницаемые на желтых восковых лицах большого ночного города.
— Вот так вот, парень… — Он, сгорбившись, взлетает к потолку в запахе горящего мяса и озона… — Наклонись… ты справишься, парень… Изгибайся, когда тебя шарахнет… вот тут, парень… Мы выстоим, когда шарахнет… Калека вон даже шляпу может не снимать… Знаем мы эту бодягу…
Вопрос: Кто эти помощники?
Ответ: Духи переживших казнь на электрическом стуле.
Поначалу Одри и Гай — единственные студенты… Потом появляются другие — с полей сражений, из авиакатастроф, дорожных происшествий, поножовщины, передозы.
По всему миру зазывают редакторы Харта: Иди и найди снимки. Гнусные снимки. Не можешь найти, так сделай сам. А если не можешь сделать гнусные снимки, ты недостаточно гадок для этой работы.
Человек выпрыгнул из окна третьего этажа, спасаясь от пожара. Пробитый металлической оградой, он корчится, воет с разодранными кишками. Толстый американский коп жует жвачку, смотрит бесстрастно. Фотограф возится с экспонометром…
— Оттяни-ка ему голову, Майк. Хочу снять лицо до того, как приедут врачи с морфием.
Легавый подходит, грубо хватает человека за волосы и оттягивает его голову вниз.
Им приходится прибегать к подлогу, конечно, но фотографы Харта достаточно оснащены, чтобы снимать по-настоящему. Фотографов сопровождают воздушно-десантные подразделения. Они могут высадиться в самом центре охваченного беспорядками города и сделать съемку… Ближневосточный рынок… Иностранный корреспондент заживо освежеван и облеплен осколками бутылок из-под кока-колы. Конечный результат, скорее, похож на современное искусство — знаете этих артистов, которые мажут себя краской, катаются по холсту, а потом бросают на него кусочки цветного пластика. Редактор поначалу решил, что это подделка. Выразительные лица в толпе.
Мистер Харт решил стать смертью. Он учится убивать через свои газеты и обучает редакторов, пока те карабкаются по лестнице туда, где им самое место.
— Подвиньте-ка вот сюда этот пожар и спалите побольше черномазых. — Хихикая над зажаренными младенцами, автокатастрофами, взрывами, — так шериф-южанин ласкает зарубки на пистолете, обозначающие убитых ниггеров.
Но постепенно эти фотографии, даже самые страшные, теряют силу. Они теряют ее потому, что их показали, и люди к ним привыкли. Помните, что книги майя никогда не показывались рабочим, да те и читать-то не умели. Мистер Харт говорит в селектор холодным шипящим змеиным голосом, разлетаются приказы: Идите и достаньте снимки. Особенно те, которые мы не можем напечатать. Те, что можно напечатать, нам не нужны.
Я вам объясню, что делает мистер Харт со снимками, столь жуткими, что их нельзя публиковать. Он восстанавливает кошмарное происшествие во всех подробностях.
Вот одно… Южноамериканский генерал поймал любовника своей жены, молодого лейтенанта ВВС. Верные слуги держат любовника, а генерал отрезает ему член… "Парень корчился и извивался"… Сфотографируйте его лицо. Сфотографируйте лицо генерала.
У мистера Харта тонкое чувство юмора. Ему нравится дрочить на эти фотографии, пока его деловые конкуренты проводят время с бабами.
У мистера Харта есть любые снимки: пытки, отвратительный секс, безумие, издевательства… Пора показать, как он использует эти фотографии, чтобы убрать того, кто встал у него на пути, как он может вставить снимки и слова тебе внутрь.
Вот мистер Перси Джонс, он экспериментирует с шифраторами речи и магнитофонами. Он установил, что зашифрованные приказы действуют на впечатлительных подопытных, как гипнотические команды. Мистера Харта это достало. Джонс делает всеобщим достоянием то, что мистер Харт хочет приберечь для себя. Шифраторы речи стали применяться примерно в 1882 году, за семь лет до изобретения магнитофона. Мистер Харт экспериментировал с первыми шифраторами и разработал собственные модели. Первоначально это был микрофон, заключенный в два сообщающихся цилиндра с перфорацией, сделанной так, что речь затихала и появлялась в соответствие с рисунком. Когда Харт услышал первый магнитофон в 1899 году, все стало ясно: вот способ быть ГОЛОСОМ в голове каждой человеческой собаки на этой планете.
Первый магнитофон был признан непрактичным, и Харт с этим выводом согласился. Он дал указание своим техникам усовершенствовать механизм в секретных лабораториях, так что, когда вскоре после Второй Мировой войны магнитофоны появились в свободной продаже, он со своими разработками был уже далеко впереди. Он придумал, как контролировать использование магнитозаписи и пресекать любые эксперименты с шифраторами речи и магнитофонными разрезками. Он монополизировал изобретения в этой области, чтобы получить фору, прежде чем новое устройство появится в продаже. А помните американского врача, который в 1899 году открыл, что плесень может лечить от инфекций? Мистер Харт решил развлечься, возглавив газетную кампанию против несчастного доктора. В результате тот потерял лицензию и умер в нищете, а техники Харта, тем временем, экспериментировали с плесенью и выделили пенициллин. Он оставил лекарство для собственного эксклюзивного использования. Ему нравилось думать о миллионах людей, которые могли бы спастись благодаря пробиркам, хранящимся у него в подвалах. Он лучше себя чувствовал, когда о них думал.
Мистеру Харту необходимо быть бесчеловечным, потому что так называемые люди смертны. А мистер Харт подсел на бессмертие. Он подсел на бессмертие, обеспеченное смертностью других: лохов, черномазых, цветной швали, человеческих собак, вонючих людишек, и сверхчеловеческое презрение к этим обезьянам наполняло его безмятежным покоем. Он подсел на особую мозговую частоту, промежуточную ноту, — какое дивное чувство… застывает, как металл. Эта изумительная синяя частота появляется, когда руки дрожат и потеют, она возникает от чувства, что жалкие бедняки корчатся и пускают слюни у него под ногами, чувства, что любого можно выставить мудаком и ткнуть мордой в его убожество, чувства, что он может раздавить редактора, как клопа, и редактор об этом знает. Ему нужны твоя боль твой страх твоя моча твое говно твое человеческое тело, которое умрет и будет поддерживать его жизнь. В этом чувстве еще таятся бездны, говорит он себе, и так оно чудесно, это чувство, — в нем можно купаться целую вечность.
Но ему нужно все больше и больше вонючих людишек, чтобы получать наркотик. А что это за чудесный наркотик? Просто ощущение все большей безопасности. А безопаснее всего — разобраться с беспородными людишками, угрожающими его позолоченным хранилищам страха. Синяя нота хорошо вставляет, только бы плавать в ней вечно. Приход возникает с чудесным дрожанием рук и пoтом, но нужно все больше уверенности, что он способен раздавить трусливое дерьмо.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики