ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Но, шеф…
— Кроме того, домовладелец не умер.
— Не умер? — Немая сцена. — Ну, так это великолепно, — криво ухмыляется он. — Мужик, которому так пальнули в грудь, мог на кусочки разлететься.
— Он был в пуленепробиваемом жилете. У него был сердечный приступ, но сейчас он оклемался и жаждет с вами расправиться: "Мало того, что мне нужно защищаться от пьяных индейцев, так еще и от спятивших копов — гнусных уебков!"
— Да, ебаный в рот, шеф, богом клянусь, я видел пьяного индейца с пушкой так же ясно, как я сейчас вижу вас.
— А что еще ты видел? Райские врата? Ебаного Иисуса Христа, вручающего тебе Золотой Хуй за доблесть? Нет, на это раз, вы, клоуны, доигрались. Вы просто жалкие уебки, оба.
— Ну ладно, шеф. — Марв униженно улыбается, чтобы над ним сжалились. — Конечно, мы уебки, потому и пошли в полицию. Пушка и полицейский жетон какого угодно уебка прикроют.
— Ладно, мужики. Пожалуй, я дам вам шанс спасти свои задницы.
— Мы сделаем все, что угодно, шеф, все, что угодно.
— Опасное дело, парни. Большая наркотическая облава. На этот раз стреляйте сразу и помните: мертвые не врут. Усекли?
— Отлично все поняли, шеф.
— Возьмите все, что нужно, в арсенале. Советую ружья «Итака» с пулями четвертого калибра.
Уебки уходят. Шеф улыбается. Он уберет репортера, который сел ему на хвост, и кучу либеральных сопляков, как поет Джоан Баэз…
Получат ли уебки третий шанс? Нанесут ли уебки новый удар?
Книга Теней
Доктор Хилл взял медицинскую карточку и откашлялся.
— Незачем ходить вокруг да около, док. Это ведь рак, верно?
Лучи солнца сквозь жалюзи упали на говорившего, точно тюремная решетка… худощавый пожилой человек в ветхом сером костюме, тяжелая трость из дерева кохобы между острых коленей, — обычный пенсионер из тех, что сидят на скамейках в парке или играют в шашки. Но глаза за очками в стальной оправе горели бесшабашным весельем, далеким леденящим счастьем. Пациент улыбнулся.
— В конце концов, доктор, мы ведь давно знакомы.
Очень давно. Доктор Хилл, пожалуй, единственный человек в Болдере, знавший, что сидящий напротив старик когда-то был лучшим стрелком на всем Западном побережье. Не самый проворный, но самый меткий.
— Да, это рак. Конечно, может и операбельный… надо еще исследовать, чтобы знать наверняка, но…
— Вы сомневаетесь.
— Будь это мой желудок, я бы сказал — нет.
— Хирурги — настоящие мясники. Хуже мексиканцев.
Доктор знал, что Ли Айс — начитанный, по-настоящему образованный человек. Доктора забавляло, что порой он выражается, точно неграмотный лох.
— Так сколько, говорите, времени мне осталось? То есть сколько я еще протяну?
Его скрючил приступ боли, он оперся на трость.
Доктор пожал плечами
— Месяц. Может, два… Я вам выпишу рецепт. Вы знаете, как делать уколы?
Человек кивнул, вспомнив сеновал в амбаре: доски разошлись, открывая голубое небо, и Том с полученной за карточным столом пулей в животе. Врач — старый китаец, неторопливый и беззаботный. Сделал Тому инъекцию морфия, следом, как ни в чем не бывало, вколол себе. Потом присел на корточки, глядя на тощий живот Тома.
— Держать пожалуйста.
Врач быстро склонился и воткнул в рану длинный острый инструмент. Том закричал, Ли ухватил его покрепче. Доктор держал хирургические щипцы с окровавленной свинцовой пулей. Морфий начинал действовать. Тело Тома обмякло, лицо расслабилось. Доктор объяснил, как менять повязки, оставил пузырек таблеток с морфием, шприц и несколько игл. Он показал Ли, как пользоваться шприцем.
— Как часто?
— Когда надо. Сто доллар, мне платить.
Ли заплатил. Он знал, что китаец их не выдаст. Он показал врачу рекомендательное письмо от китайца в Сент-Луисе — такие письма кому попало не дают. Тому нужен был морфий на неделю, и Ли тоже стал колоться. Сидеть целый день было скучно, а рисковать и выйти из укрытия он не мог. Конечно, он знал, как делать уколы.
Месяц назад, когда начались боли, он поехал в Денвер купить морфия или героина. Никого из старых знакомых не было. Черный джанки с честным, не вызывающим доверия лицом пообещал Ли, что отнесет деньги и вернется.
— Не могу взять тебя к боссу. — Он развел руками[Mx2], и тут одна рука дернулась, в свете фонаря блеснул нож. Послышалось что-то вроде металлического кашля. Черный застыл, нож в кулаке, маленькая синяя дырочка во лбу посередке. Ли Айс спрятал в кобуру двадцать второй калибр с глушителем и пошел прочь.
И тут он вспомнил про доктора Хилла в Болдере.
— Можете купить их в аптеке на холме. В принципе, достаточно четверти грана. Это одна таблетка. Но вы сами поймете, сколько вам нужно.
Через полчаса Ли опустил рукав и выглянул в сад из окна своей комнаты. Он только что вколол себе полграна. Боль в желудке отступила в приливе теплого покоя. Он открыл ящик, достал черную книжечку.
Мой гримуар. Моя Книга Теней. Сделать несколько звонков, оплатить несколько счетов… Все, кто ему помог и все, кто его оскорбил, получат по заслугам.
Это была эпитафия Суллы. И Ли Айсу она подходила.
куда он шел
Кухня на ферме, ставни закрыты, в углу — оружие. Тарелки и стаканы убраны, на столе разложены карты района.
Над картами склонились четыре человека. Все лица чем-то похожи. Керосиновые лампы бросают отблески смерти на скулы и губы, усталые встревоженные глаза.
— Наверняка вот здесь и здесь блокпосты…
Ишмаэль наливает изрядную порцию виски в грязный стакан.
— Может, лучше тут схорониться?
— Гм-гм. Они не засекут нас снаружи, а так будут обыскивать дом за домом.
— Разумно.
— Давайте попробуем вот здесь.
И вдруг ему пришло в голову, что он умрет. Не "рано или поздно" — это-то он знал, все знают, — а сегодня ночью. Эта мысль возникла вспышкой, точно ветер, от которого моргает свеча, и тошнотворный, пустой страх ударил его поддых. Он чуть согнулся, вцепившись в спинку стула.
Он всегда такое любил, убеждал он себя: страх, потом взрыв смелости и чистое сладкое чувство, точно заново родился. Он читал об этом где-то, в старом вестерне… страх все больше и больше, и вот ты уже не способен его выдержать, он готов сломать тебя, и, когда ломается страх, — возникает надежда.
— Пошли, — хрипло произносит он.
Он думает: все ли они так же напуганы? Напуганы, как он — автомат в руках кажется неуклюжим и тяжелым, чужим, зловредным — конечно, все они боятся, но о таких вещах не говорят. Щелчки затворов и казенных частей.
Вот они в машине, хлопает дверца. Он сидит с краю справа. Дорога вся в выбоинах, ямы с водой, глубокие рытвины. Господи, пожалуйста, не дай нам застрять — пока они рыщут в лесу с овчарками, все ближе.
— СТОП! Гасите свет!
Шурх шурх… Навстречу машина. Приближается: свет из-за поворота узкой дороги, среди строевого леса.
Ишмаэль медленно выходит, ноги налиты свинцом, встает посреди дороги, руки подняты. Старая машина, мотор стучит, останавливается. Серый старичок за рулем. Ишмаэль медленно подходит, показывает старичку бумажник.
— ФБР.
Губы Ишмаэля немеют. Это не бляха из сувенирной лавки, а превосходная копия настоящего, с визитными карточками. Сделан мастером в Торонто, обошелся в 150 баксов. В самых крутых передрягах его выручал.
Старик сидит, лицо белое.
— Мы ищем грабителей банка. Где-то тут спрятались. Вы давно здесь живете?
— Сорок лет.
— Ну так знаете округу.
Он приносит карту.
— У нас блокпосты здесь, здесь и здесь. Есть еще какой-нибудь путь, каким они могут выбраться?
— М-да. Старая колея пересекает вот тут. Немного крутая, но, думаю, им удастся. А выходит здесь, на 52-ю окружную дорогу. М-да, смогут они удрать.
— Если ваша информация подтвердится, получите вознаграждение в 500 долларов, — он протягивает старику карточку. — Позвоните в наше отделение в Талсе.
— Обязательно, всенепременно. — Старик уезжает.
Водитель изучает карту в свете приборной панели.
— До поворота — 5,3 мили.
Старик у телефона.
— Совершенно верно. Выдает себя за агента.
Ишмаэль вспоминает слова старого доктора Бенуэя: "Ты все время смотришь в глаза смерти, и на это время ты бессмертен".
Енот переходит дорогу, его глаза вспыхивают зеленым в лучах фар, не торопясь, потихоньку — и тут наваливается зловонная пустота, и енот спокойно бредет по ее краю. "Свалить в Мексику… я там был… единственная возможность выжить… у меня пять штук в заначке… долго добираться…".
Страх вновь обволакивает его грудь, точно мягкие тиски, выжимающие воздух, автомат тяжелеет в руках, он знает, что не сможет его поднять. Силы оставляют его волнами иссушающей боли.
Поворот, и тут свет бьет в глаза, мозг взрывается в белой вспышке, и он свобоооооден, распахивает дверь, прыгает в пустоту, а ветровое стекло разлетается в желтых взрывах, и Том закрывает рукой глаза.
Ноги двигаются очень легко, автомат у него в руках невесомый, как во сне, и тут честный молодой агент — такой набожный сукин сын — подскакивает к нему, пистолет наизготовку. Он еще не сделал свою падаль, как они это называют — "Скоты!" — другие агенты говорили ему: вот кто они такие, — скоты! — не забывай об этом —
— Ложитесь, Христа ради — вопит сержант.
Иш прошивает тремя пулями сорок пятого калибра тощую молодую грудь, дырки точно через дюйм. У него есть стиль.
— Это — музыкальный инструмент, — говорил ему Автоматчик-Келли. — Играй!
Он, должно быть, задремал в машине. Опять приснилась перестрелка. Он знает, что они ехали всю ночь, теперь уже в безопасности, спускаются в долину. Теплый ветер, пахнет водой.
— Томас-и-Чарли.
— Что?
— Город так называется.
Иш помнит Томас-и-Чарли. Тут нужно забраться на десять тысяч футов до перевала. Помнит Мехико и свою первую сигарету с травой. Одурел от нее, чудесно одурел, шляясь по Ниньо-Пердидо, всюду видел сахарные черепа и фейерверки, — дети грызли черепа.
— Dia de los Muertos, - говорит ему мальчик и улыбается, показывая белые зубы и красные десны. Очень белые. Очень красные. Белее и краснее не бывает, и он подумал: почему бы и нет? Я ведь делал это в исправительной школе.
У мальчика за ухом торчала гардения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики