ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Портрет матери я не продаю.
Она встала, давая понять, что разговор окончен, но тут же быстро добавила:
– Впрочем, вы можете посмотреть другие картины. – И, пародируя его слова, заметила: – У нас нет обыкновения отпугивать клиентов, которых «цена не интересует».
Алексей уловил в ее словах насмешку, но это не сбило его с намеченного пути.
– Ах, вот как? Извините, я не знал, что Сильви Ковальская – ваша мать. Очень глупо с моей стороны.
Он смотрел на Катрин изучающим взглядом.
– Естественно. Откуда вы могли это знать? Ведь мы с матерью не похожи. Между нами нет и никогда не было ничего общего.
Джисмонди уловил в ее голосе странную горечь. Что бы это значило?
– Однако, даже если вы не хотите продавать картину, – сказал он, – может быть, вы позволите мне взглянуть на нее еще раз?
Катрин задумалась. В это время дверь ее кабинета распахнулась и вбежала маленькая девочка. Она бросилась к Катрин и обняла ее за шею.
– Натали, сколько раз тебе говорить: нельзя входить в комнату без стука, – строго сказала Катрин, но лицо ее просияло счастливой улыбкой.
– Мамочка, я получила «отлично» за эту ужасную контрольную по математике!
– Это просто замечательно, солнышко.
Катрин поцеловала дочь, но, почувствовав на себе взгляд Алексея, вновь изобразила на лице строгость.
– Боюсь, мистер Джисмонди, у меня не осталось времени. Если хотите, я попрошу одного из своих помощников показать вам выставку. Возможно, какая-нибудь из картин придется вам по вкусу.
Алексей понял, что его выставляют за дверь.
– Но я действительно хотел бы еще раз взглянуть на портрет Сильви Ковальской, – настойчиво сказал он. – Ради этого я проделал большой путь.
– Не может быть, чтобы такой занятый человек, как вы, отправился через океан лишь ради того, чтобы взглянуть на картину.
В серых глазах едва заметно читалась насмешка. Катрин давала понять, что прекрасно знает, с кем имеет дело. Алексей смущенно поежился.
– Сильви Ковальская? – спросила девочка. – Это бабушка, да? Мамочка, это портрет, который висит у тебя дома в кабинете?
Катрин кивнула и решительно заявила Алексею:
– Боюсь, мистер Джисмонди, это совершенно невозможно.
– Мамочка, я могу сама показать этому господину картину, – вмешалась девочка. – Я все равно сейчас иду домой – заскочила на минутку. Меня внизу ждет Сэнди. Мы можем пойти вместе.
Видя, что Катрин намерена решительно воспротивиться этой идее, Алексей поспешно сказал:
– Спасибо, Натали. Я был бы очень рад. – Он ласково улыбнулся девочке. – Кстати говоря, меня зовут Алексей.
Натали застенчиво пожала ему руку. Она держалась совсем по-детски и разговаривала с непосредственностью ребенка, но в длинных ножках и тонких чертах лица уже проглядывала будущая красавица.
– Мистер Джисмонди, как вы сами понимаете, я не могу допустить, чтобы совершенно незнакомый человек проникал в мой дом, – с холодной усмешкой заявила Катрин. – Здесь ведь Нью-Йорк.
– Конечно-конечно, – смутился Алексей и вдруг расхохотался. – Вот, я оставлю вам эти доказательства моей благонадежности, – объявил он, доставая из кармана бумажник и паспорт.
Катрин оценивающе смотрела на него.
– Вы знаете, существуют гораздо более удачные портреты моей матери. Был период, когда художники постоянно писали ее портреты.
– У дедушки целых три, и все очень большие, – сообщила Натали.
– Меня в особенности интересует работа Сен-Лу, – улыбнулся Алексей, умоляюще воздевая руки. – Ну что вам стоит, прошу вас!
Катрин рассеянно повертела в руках бумажник и паспорт и вернула их владельцу.
– Ладно. Я попрошу Джо – это мой помощник, – чтобы он показал вам дом. Нельзя разочаровывать столь страстного поклонника искусства.
Она, конечно, снова иронизировала, но Алексея это ничуть не задело. Главное – он увидит картину, увидит ее дом. Глядя ей в глаза, Джисмонди очень серьезно сказал:
– Большое вам спасибо.
Портрет висел в кабинете Катрин, над письменным столом. Вероятно, воображение Алексея чрезмерно разыгралось, но ему показалось, что портрет создает в помещении некую особую, призрачную атмосферу. Неудивительно, что Катрин повесила его у себя за спиной – иначе он мешал бы ей работать. И все же абстрагироваться от присутствия картины было невозможно. Она отбрасывала невидимую тень на всю комнату, удивившую Алексея спартанским интерьером: пустой письменный стол, книги, кресла, торшер с абажуром в виде бутона – пожалуй, единственный женственный атрибут в этом строгом помещении. Алексей подумал, что в обстановке кабинета чувствуется характер хозяйки – сдержанный и гармоничный.
Алексей впился взглядом в картину. С перьями сказочной птицы что-то было не в порядке. Он сделал шаг вперед, дотронулся рукой до холста и увидел, что тот надрезан. Алексей вновь перевел взгляд на лицо. Какие глубокие, синие глаза. Загадочный портрет. У женщины польское имя, но картина написана в Париже, в тридцатые годы. Как все это объяснить?
– Хотите какао с молоком? – раздался звонкий голос Натали. – Дорин как раз варит его для меня и Сэнди. У нее всегда получается ужасно вкусно.
Алексей рассеянно улыбнулся, кивнул и последовал за девочкой на кухню, находившуюся двумя этажами ниже.
– Дорин, Дорин! Говорила я тебе, что он захочет какао! – радостно закричала Натали.
– Ну и отлично. Что ты кричишь? Сядь вот сюда, за стол, и вы тоже. Сейчас налью еще одну чашку.
Широколицая женщина неопределенного возраста смотрела на Алексея с улыбкой.
– И не забудь угостить своих гостей печеньем. Слышишь?
Когда Катрин Жардин вернулась домой, она увидела за кухонным столом развеселую компанию: довольного Алексея, двух смеющихся девочек и благодушного Джо. В глазах Катрин появилось замешательство.
– Надеюсь, я не злоупотребляю вашим гостеприимством, – вежливо сказал Алексей. – Девочки угостили меня какао, и я не смог устоять перед этим искушением.
Натали и Сэнди захихикали.
– Мама, ты знаешь, Алексей из Рима. Он рассказал нам много чудесных историй. И еще он приглашает приехать к нему в гости.
– Да, я знаю, что мистер Джисмонди из Рима, – ровным голосом ответила Катрин, бросив на Алексея гневный взгляд. – Натали, ты сделала уроки? Уже седьмой час.
Девочка не ответила. Она смотрела на Алексея.
– Я вам не говорила, но мой отец тоже из Рима.
В ее голосе звучал вызов, явно направленный против матери.
– Вы его не встречали? Он умер. А звали его Карло Негри делла Буонатерра.
Она произнесла это имя с гордостью и в упор посмотрела на мать.
– Ну все, Натали, достаточно. Идите делать уроки – и ты, и Сэнди.
– Я тоже пойду, ладно, Кэт? – Джо встал, и Кэтрин кивнула, даже не глядя на него. Она смотрела на Алексея.
– Нет, я не знал твоего отца, – негромко ответил тот. – Мне жаль, что он умер.
Натали взглянула на него своими темными глазками.
– Мне тоже жаль. – Затем, моментально перейдя от грусти к беззаботности, дернула свою подругу за рукав. – Сэнди, пойдем, нам пора.
Как ни в чем не бывало улыбнувшись матери, Натали увела вторую девочку за собой.
Прежде чем Алексей успел открыть рот, чтобы произнести необходимые в данной ситуации слова, в кухне вновь появилась Сэнди.
– Натали говорит, что я струшу, а я не струшу и скажу, – громко заявила она, хихикнув. – Мы считаем, что вы очень красивый.
Выпалив эти слова, она с хохотом унеслась прочь.
– Ох, уж эти девчонки, – неодобрительно покачала головой Дорин.
Алексей увидел, что Катрин вся дрожит, и ему неудержимо захотелось прижать ее к себе.
Вместо этого он пробормотал:
– Извините, я не имел намерения вмешиваться в вашу домашнюю жизнь…
Она не смотрела ему в глаза.
– Спасибо, что разрешили мне прийти, полюбоваться на картину. Может быть, я могу чем-то вас отблагодарить? Позвольте пригласить вас поужинать со мной.
Катрин повернулась к нему. Губы ее чуть подрагивали, в серых глазах застыла боль.
– Я… я очень бы этого хотел. Позвольте мне хоть как-то выразить свою благодарность, – мягко, но настойчиво произнес Алексей.
– Хорошо, мистер Джисмонди. Почему бы и нет? – Голос ее звучал отрешенно. – Думаю, моя дочь будет счастлива, если мы все вместе поужинаем.
Две недели спустя Алексей Джисмонди стоял в зале отлета аэропорта Кеннеди, ожидая посадки на римский самолет. В общей сложности он провел в обществе Катрин Жардин три вечера. Это были незабываемые встречи, наполнявшие его душу то радостным трепетом, то страхом. После второй встречи Алексей обнял ее и поцеловал, вдыхая пряный аромат ее волос. Поцелуй произошел как бы сам собой – Алексей был не в силах с собой совладать.
Потом он увидел те рисунки.
А на рассвете, после бессонной ночи принял окончательное решение: нужно уехать. Бежать. В его воображении лицо Катрин вытеснило лицо Сильви Ковальской. Мать уступила дочери. Да, он попытается выяснить о Сильви как можно больше, но не через Катрин – это было бы слишком опасно.
На прощание Алексей послал ей записку – сумбурную, невразумительную. Пока он не мог сообщить Катрин ничего более ясного.
Когда зазвонил звонок, Катрин как раз выходила из ванной после утреннего душа. Посыльный вручил ей огромный букет, и лицо Катрин просияло улыбкой. Конечно, это от Алексея – от кого же еще? Напевая, она зарылась лицом в аромат весенних цветов. Как много времени прошло с тех пор, когда она последний раз хотела мужской любви! «Да, – с удивлением и радостным смятением подумала Катрин. – Я его хочу». Она прижала букет к груди.
Внезапно из букета выпала маленькая коробочка с прикрепленной к ней запиской. Катрин быстро развернула листок и прочла текст, написанный по-итальянски: «Милая Катрин, встреча с тобой – для меня большое счастье. Спасибо за все. Но пока, к сожалению, придется этим ограничиться. Я вынужден срочно вернуться в Рим. Постарайся меня понять. Алексей».
Катрин испытала приступ горечи и разочарования. Неловкими пальцами она открыла бархатную коробочку и увидела, что там лежит кольцо: крупный изумруд, обрамленный маленькими бриллиантами. Не веря собственным глазам, Катрин смотрела на камень. Не может быть! Она повернула кольцо и увидела знакомые инициалы:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики