ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

-Скажи мне точно, какая цифра?
— Что такое цифры? Веснушки. Они ничего не значат.
— Я не об этом спрашиваю тебя. — сказал Бернард, слегка улыбаясь. — Я спрашиваю, какую цену ты дал?
— Какую было нужно. Что такое цена? Лекарство. Его не легко проглотить.
„Какой обманщик! Я уверен, что он купил дом, — решил Бернард, и теперь старается заговорить зубы. И все-таки, кто его знает?"…
— Из твоих слов я вижу, — осторожно начал Бернард, — что ты сделал крупную сделку. И если ты, действительно, купил дом, — энергично добавил он, — то помни, что я — твой агент!
— Я этого не помню, и ты лучше забудь об этом, — отрезал Мендель.
„Я знал, что он купил дом! Я знал это с самого начала!" — подумал Бернард.
— Что! — закричал он. — Мой родной зять хочет лишить меня комиссионных! Разве не я показал тебе дом?
— Нет, не ты! — твердо сказал Мендель.
Бернард и обе женщины были так поражены, что не могли сказать ни слова. Бернард, меча искры глазами, негодующе смотрел то на Менделя, то на Зельду и Сарру. Они обе явно были на его стороне.
— Лгун! Убийца! — заревел он, наконец, придя в неистовство. — Прямо в глаза мне ты говоришь такие вещи! Обманщик! Жулик! В своем собственном доме ты так оскорбляешь меня!
Мендель спокойно вынул портсигар из кармана.
— Твой крик не поможет тебе, — сказал он спокойно. — Напрасно ты волнуешься. Что такое волнение? Музыка. От него болит голова. Тебе не следует комиссионных, и ты их не получишь. Поэтому и не беспокойся. Что такое беспокойство? Золотые прииски. Они не оплачивают себя!
Он чиркнул спичкой и тихо добавил:
— Того дома, который ты указал мне, я не покупал. Я купил совсем другой дом.
— Другой дом! — закричала Зельда с отчаянием в голосе. Бернард и обе женщины так быстро вскочили на ноги, словно в них ударила молния. С каким-то бешенством они набросились на Менделя, образовав один дикий хор.
— Другой дом! Лгун!… Что он говорит!… Убийца!… Что я слышу!… Я сойду с ума!… Обманщик!… Этого не может быть!… Другой дом!… Жулик!…
Стоя молча посредине, Мендель спокойно курил папиросу и только пожимал плечами. Когда нападавшие от усталости опустились на стулья, он пробормотал: — Что такое семья? Здание, Плохо если оно на тебя рухнет!
— Другой дом! Другой дом! — стонала Зельда, и в голосе ее слышалось неутешное горе. А как ей хотелось именно тот дом! Серебряный дворец с золотым куполом!
— Почему ты не купил того дома? — печально спросила она.
— Потому что он недостаточно хорош! — сказал Мендель.
Новый огонек вспыхнул в глазах Зельды. Ее суровое, морщинистое лицо осветилось надеждой.
— Что! Ты купил лучший дом? „Не может быть, — подумала она. — Не может быть". Она не могла представить себе лучшего дома.
— Ты обманываешь нас, — сказала она, недоверчиво глядя на него. — А что, — этот дом тоже недалеко от Гассенхеймов, как и тот?
— Да, недалеко, — ответил Мендель. — Что такое расстояние? Пальто. Для тебя оно длинное, а для меня — короткое!
Зельда сгорала от нетерпения.
— Скажи мне, — этот дом такой же красивый, как и тот?
— Гораздо красивее! — горячо сказал Мендель. Что такое красота? Яблоко. Ты ищешь ее снаружи, а она внутри!
Зельде хотелось, чтобы он говорил более ясно.
— А есть в этом доме стеклянные двери с золотыми ручками, и он тоже весь из мрамора, как и тот?
— Я не помню. Мне кажется, что в этом доме есть стеклянные окна и позолоченные ящики для писем, и что дети повсюду играют в мрамор*.
— Ты не понимаешь меня! — с раздражением сказала она. — Есть ли у этого дома круглая крыша из цветного стекла и цветы в саду и фонтан в углу сада?
— Да, в этом доме много стекла на крыше, и цветов в парке и рядом на углу бьют фонтаны сельтерской воды.
Зельда сердито встала.
— —
* — мрамор, а также детская игра в шарики.
— Я спрашиваю тебя об улице на Вест-Сайде, около Центрального парка, а ты говоришь мне про нашу грязную улицу Питт!
— Но я уже сказал тебе раньше, что я не покупаю дома на Вест-Сайде, — ответил Мендель. — А купил себе дом на улице Питт!
— Что ты говоришь? — опешила Зельда? — Какой дом?
— Дом, в котором мы живем, — сказал Мендель, стуча пальцем по столу. — Я купил этот дом! Зачем мне перебираться в Центральный парк и жить там с обезьянами, если тут рядом имеется такой прекрасный большой дом? Ты говоришь, три комнаты тебе недостаточно. Теперь их будет у тебя шестьдесят! Весь дом наш и даже со двором! — воскликнул он радостно. — Что такое Пятая Авеню! Молодые чурбаны. Что такое улица Питт? Простой народ. Что такое дом? Место, где стоит твоя мебель. Что такое семейный очаг? Место, где находится твое сердце. Зельда заломила руки.
— Боже мой! У меня кружится голова, как колесо! — простонала она чуть не в истерике. — Что он наделал? Он сумасшедший! Купил целый рабочий дом! Он хочет запереть нас навеки в этой тюрьме!
Особняк, о котором она мечтала, — серебряный дворец с золотым куполом — обрушился на нее, когда она, шатаясь, подошла к стулу и опустилась на него. Из развалин этого особняка вставал безобразный, грязный рабочий дом, насмехавшийся над ней. Нет! Никогда не примирится она с такой жизнью! Скорее она станет просить милостыню на улице, потеть на фабрике, мыть полы в чужих квартирах, но никогда не согласится быть хозяйкой-дворничихой этого дома-тюрьмы.
— Скорей он сам сойдет с ума, чем сведет меня! — решила Зельда. — Идем, Сарра! Сегодня уложимся. Завтра уедем! Пусть новый хозяин дома останется один!
Зельда встала и с особенным величием во всей фигуре медленно пошла в спальню. Сарра, не говоря ни слова, последовала за ней.
Мендель озадаченно сморщил лоб.
„Что такое жена? — размышлял он. — Народ. Он никогда не бывает доволен. Что такое муж? Король. Ему всегда угрожает опасность!".
Бернард, настолько ошеломленный, что до сих пор не мог произнести ни звука, наконец, дал выход своим чувствам.
— Я такой человек — я не люблю сумасшедших! На какого черта тебе понадобился этот дом? Только потому, что ты иногда ел сосиски, когда был бедным, ты согласен купить целую колбасную фабрику, когда стал богатым! Какая тебе польза от этого дома, если ты ломаешь свой семейный очаг?
Подумав немного, он добавил, уже гораздо мягче:
— И, во всяком случае, если тебе нужен был целый рабочий дом, то почему ты не обратился ко мне?
В доме Маранцев в тот вечер царил необыкновенный хаос. Зельда кричала на детей и била их. Дети плакали и визжали. Сарра потихоньку проливала слезы.
Мендель стоял у окна, заложив руки за спину и устремив взгляд в темноту. Он казался хирургом с холодным, стальным ланцетом в руках, а его семья — пациентом, стонущим под этим ланцетом. Но на одну минуту его холодное лицо утратило свою жесткость и озарилось чуть заметной улыбкой. „Что такое известный план? Операция. Сперва плохо, потом хорошо!".
VI. МЕНДЕЛЬ МАРАНЦ МЕНЯЕТ КВАРТИРУ.
Была последняя неделя перед Пасхой. Женщины в платках, с кожаными сумками в руках, толкались на рынке, в узких проходах между палатками и ручными тележками. Торговцы, стоя позади своих лавок на колесах, хриплым голосом выкрикивали свои товары. Фарфоровая посуда, бананы, ковры, шелка, чернослив, канделябры, куры, спички и зубочистки — все это богатство, нагроможденное кучами на прилавках и на тележках, мелькало перед жадным взором домашних хозяек.
Две нарядно одетые дамы, стоя в стороне от рынка, долго смотрели на шумную, суетливую толпу.
— Мадам, идем, — сказала молодая дама, вдоволь наглядевшись на расстилавшуюся перед ними картину.
— Подожди минуту, — сказала ее мать, не желая уходить. — Может быть, меня кто-нибудь узнает? Прошло только семь месяцев, — вздохнула она, — а кажется, я не была здесь семь лет!
— Я хотела бы знать, где тот старый дом! — сказала дочь, натягивая лайковые перчатки. — Я почти забыла, как тут идут улицы! — жеманно добавила она.
— А я никогда не забуду, — ответила мать. — Вот Ридж, а вот улица Ривингтон, а дальше — Деланси. Нам нужно пройти еще один квартал и потом повернуть на улицу Питт.
Зельда и ее дочь медленно пробирались сквозь шумную толпу, пока не вышли на улицу Питт. Зельда узнавала многих прохожих, но ее почти никто не узнавал. Они вошли в тот квартал, где они раньше жили, и стали искать старый дом. Они не были здесь целых семь месяцев и всё это время жили с семьей Бернарда Шнапса в Седархерсте — пригороде Нью-Йорка, — ожидая, пока Мендель не передумает и не приедет к ним. Но Мендель и не думал менять своего решения и упорно продолжал жить на улице Питт.
Регулярно каждую неделю в течение семи месяцев он посылал Бернарду Шнапсу деньги на содержание своей семьи, а также некоторую сумму самому Бернарду. Но сам он не собирался покидать улицу Питт. Казалось, чем богаче он становился, тем больше он цеплялся за эту улицу.
Борьба между Менделем и Зельдой свелась к простому выживанию. Кто окажется слабее и сдастся в этой борьбе? Устанет ли Мендель от постоянного посещения кофеен, столовок и рыбного рынка, или Зельде и ее дочери надоест праздная жизнь, пустые удовольствия и бесплодное стремление проникнуть в „высшее общество"?
По временам Зельда совершенно падала духом. Это было в те минуты, когда она вспоминала о Ривке, жене дворника. „Какая я дура", — думала она, — Может быть, Менделю это только и нужно было. Я с семьей далеко от дома — в Седархерсте, — а он с этой гадкой, бесчестной женщиной на улице Питт! И все это сделала я сама, по своей глупости!".
Но она решила терпеть до конца ради Сарры. Рано или поздно, но Менделю придется бросить улицу Питт. В надежде на это Зельда и ее дочь решили нанести ему последний, сокрушительный удар. Они теперь шли к нему, чтобы попрощаться с ним. После Пасхи они покинут его надолго, быть может — навсегда! Они уедут в Европу. Таков был их план.
Голос Сарры резко нарушил мечтание ее матери.
— Я не вижу нигде дома, в котором мы жили! Его здесь больше нет!
Они дошли до конца квартала, осмотрели все дома. Но старого, рахитичного дома, в котором они жили, нигде не было видно. Он исчез. Изумленная и сбитая с толку Зельда и ее дочь пошли обратно, одна по одну сторону улицы, другая — по другую, тщательно осматривая все дома.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики