ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ты возьми патент на него, и тогда старые девы обогатят тебя. Только помни, — если Сарра останется старой девой, то ты останешься старым холостяком! Вот все, что я хотела сказать, и больше я не буду вмешиваться!
С преувеличенным спокойствием она вышла.
Но придя к себе в комнату, она потеряла это спокойствие. Итак, в ней больше не нуждались! Мендель взял целиком на себя заботу о судьбе дочери, и она ничего больше не может сказать — ничего! И так во всем. Она просто стала лишней в доме.
— Кухарка не допускает меня на кухню. Горничная не дает убирать комнаты. Эконом сам закупает провизию. Лакей кормит детей. А к Сарре не допускает Мендель. Никто ничего не позволяет мне делать. Куда бы я ни пошла, чтобы я ни делала, везде мне говорят „не вмешивайся"!
Зельда сидела с поникшей головой, с болью в сердце. Но она была сильная женщина. Она не плакала.
— Легко сказать: „Не вмешивайся"! Я хотела бы видеть таких матерей, которые не вмешиваются. А я мать, как все матери! — заплакала она, наконец, не будучи в состоянии сдержать себя.
И когда к ней пришел Бернард Шнапс, он застал ее в слезах.
— Ты сумасшедшая! — сказал он ей в утешение. -И'о чем только она беспокоится! Ты предоставь все мне. Для меня безразлично, что бы это ни было!
Он уселся рядом с ней и приготовился слушать. Но когда Зельда сквозь слезы кое-как рассказала ему о новом патенте Менделя, „патент на любовь", Бернард, откашлявшись, начал утешать ее.
— Зельда, сестрица, я такой человек, — я не люблю иметь дело с сумасшедшими. Всякий раз, когда Мендель затевает какое-нибудь сумасшедшее дело, я умываю руки!
Он встал с намерением так же внезапно уйти, как и пришел. Но умоляющий взгляд Зельды заставил его передумать, и он решил утешить ее.
— Подбодрись, Зельда! Я знаю, ты опечалена тем, что я пришел к тебе без всякой пользы для тебя. Но я такой человек — я люблю иногда отдать визит! Не беспокойся! Когда-нибудь ты отдашь его мне!
— Бернард, ты должен спасти ее! — умоляла Зельда, хватая его за руку, с внезапной надеждой в глазах. — Я не отпущу тебя, пока ты не спасешь ее!
И она насильно усадила его в кресло. Бернард замахал руками, протестуя.
— Зельда, ты знаешь меня — я не люблю вмешиваться! Вот и все!
— Я тоже не люблю вмешиваться, но при чем тут это? Ты должен взять ее из университета, Бернард. Пойди к профессору и скажи, что она должна выходить замуж! Сделай что-нибудь, Бернард, пока она еще не совсем затерялась среди книг! Она никогда теперь со мной не говорит, никогда на меня не смотрит. Домой приходит, как профессор — всегда с книгами! Ты знаешь, Бернард, я сильная женщина, никогда не плачу. Но иногда душит меня вот здесь, Бернард, прямо-таки…
— Глупости! Глупости! — быстро перебил ее Бернард, боясь, что она опять разразится слезами. — В конце концов, Сарра — просто дитя. Она точь в точь, как я — она любит книги! Ты знаешь меня Зельда — когда я вижу книгу, меня трудно удержать. Я сейчас же должен знать, сколько она стоит!… Да при том, какое отношение имеют книги к замужеству?
— Вот и я так думаю, — вздохнула Зельда. — Но попробуй поговорить с Менделем. Он придумал новое изобретение! Он хочет, чтоб Сарра полюбила жизнь и забыла думать о мужчине!… Бернард, мой брат, я прошу тебя — помоги мне, помоги!
Бернард встал и решительно одернул полы своей жилетки. Он прекрасно сознавал, какое великое, ответственное дело поручила ему Зельда.
— Зельда, — начал он важно, — я такой человек — я люблю попробовать! Скажи мне, что ты от меня хочешь, и ты увидишь, как я все обделаю.
— Для себя — ничего, — осторожно сказала Зельда. — Я прошу тебя помочь Сарре. Ты знаешь, Бернард, у меня есть свои деньги. На что они мне? Если ты поможешь ей, я отдам их тебе…
Бернард энергично прервал ее.
— Зельда, не говори мне о деньгах! Я не люблю такой разговор! А немедленно бросаю все свои дела, свою работу, свою семью и буду работать только для тебя!
Зельда была так обрадована, что хотела обнять его. Но Бернард протянул руку вперед, слегка отталкивая ее, и сказал:
— Но помни, Зельда, что все, что бы я ни делал, я буду делать только ради Сарры, а не ради какой-то любви! И еще одна вещь! Я побожился, что там, где будет Мендель, не будет меня. Ты знаешь меня — я люблю божиться! Поэтому ты не должна подпускать ко мне Менделя. Было бы хорошо послать его куда-нибудь на отдых.
Бернард вдруг вскочил. Эта мысль пришла ему на ум внезапно и страшно обрадовала его.
— Ой! Это было бы замечательно! — воскликнул он, довольный собой. — Тогда мы найдем Сарре жениха, сразу выдадим ее замуж, и когда Мендель вернется из больницы, то есть я хочу сказать — с курорта, у нас уже все сделано, обделано и — до свидания!
— Ой, Бернард! Ты почти так же умеешь строить планы, как и Мендель!
Лицо Бернарда расплылось в улыбку.
— Не беспокойся, Зельда, у меня богатый опыт. Я тридцать четыре года занимаюсь маклерством. А Мендель говорит: „Что такое маклер? Сваха". Видишь, это одно и то же! А теперь я покажу тебе, как я могу работать, — таинственно добавил он. — Ты меня только что позвала, а у меня уже готово предложение № 1! Я такой человек — я не люблю много разговаривать! Я сразу берусь за дело! У меня уже есть один жених. Адвокат! А сам, как красивая девица. Голос такой мягкий, мягкий! Вот увидишь, они сразу влюбятся друг в друга, как две сестры!
Зельда прослезилась.
— Бернард, ты так обрадовал меня, что я не знаю, что и скажу ему, когда увижу его. Конечно, нет такого жениха, который был бы слишком хорош для Сарры. Но все-таки, какой он — красивый, смирный? И такой ли он застенчивый, как Оскар Гессенхейм?
— Точь в точь такой! — сказал Бернард, все более и более оживляясь. — Он и красивый, и смирный, и умеет петь. Я и позабыл сказать тебе, что он поет. Он поет, как… ну, как называется вот жестяная птичка, которую ты наполняешь водой, — и она потом свистит так красиво? Вот и он так поет! Гм! Он такой певец! Он даже не говорит, а только поет!
— Но, ты, кажется, сказал, что он адвокат? — в недоумении спросила Зельда.
— Он — все! — воскликнула Бернард. — Он и адвокат, он и певец, он и гений! Ну, точь в точь, как я! Зельда я ручаюсь, что как только Сарра увидит его, она сойдет с ума! И тогда мы их поженим! И еще я забыл сказать тебе самое главное. Он такой здоровяк — высокий, как потолок, крепкий, как дом, а руки у него, как колонны! Я могу побожиться, что он кулачный боец!
— Но ты сказал мне, что он поет, как девушка! — сказала Зельда; все более настораживаясь.
— Я сказал тебе, что он умеет все! — воскликнул Бернард строгим голосом, чтобы скрыть свое смущение. — Разве ты не понимаешь, Зельда, что значит „все"!
Зельда кротко кивнула головой, а Бернард, откашлявшись, продолжал:
— Гм! Если ты адвокат, но похож на кулачного бойца, то это же хорошо при сношениях с клиентами. А если ты кулачный боец и умеешь петь, то это хорошо для водевиля. Не беспокойся! Он знает, что делает! Предоставь это мне, то есть, я хочу сказать — ему!
— Но я не хочу, чтобы в нашей семье были драки, — возразила Зельда.
— Глупая женщина! Если в семье будет кулачный боец, то кто же захочет тогда драться?
Однако, видя нерешительность на лице Зельды, он изменил свой курс.
— Да при том он только выглядит таким силачом. А на самом деле, я могу сбить его с ног одним щелчком. Зельда, не беспокойся. Я такой человек — я люблю браться за дело. Я взялся за это дело, и буду держаться за него! Ты не беспокойся!
Но Зельда печально покачала головой.
— Ой, боюсь, чтоб не вышло так, как с Оскаром Гассенхеймом! Ты тогда говорил то же самое, а что получилось?
— Глупости! Теперь я говорю совсем другое, одобряюще сказал Бернард. — Послушай, Зельда, не плачь зря. Бери пример с меня. Я никогда не плачу, когда что-нибудь теряю. Я только теряю, когда плачу! Может все, что я говорю, тебе представляется в мрачном свете, но не забывай, что все еще может перевернуться вверх ногами! Не беспокойся и предоставь все мне!
Бернард ушел. Он был очень возбужден и доволен собой. Но Зельда сидела мрачная, с еще большим отчаянием в душе. Ей не нравился этот жених — великан, с голосом, как у девушки, который никогда не разговаривает, а только поет и вступает в кулачный бой со своими клиентами!
— Если он придет, я просто укажу ему на дверь! — мрачно решила она. — У меня и так хватает сумасшедших в доме. Подумаешь, какое счастье!
Она нисколько не будет удивлена, если окажется, что Бернард находится в тайном союзе с Менделем, чтобы сообща обойти ее и подсунуть этого жениха.
— Но я не уступлю им Сарры без борьбы! — решила она, хотя в уме у нее мелькнула мучительная мысль: „А может быть, я уже потеряла ее?".
Ибо, что общего было теперь у нее с Саррой? Какие общие интересы, мысли или секреты? Разве может она обсуждать с ней биологические вопросы или высказать свое мнение в искусстве?
— Может быть, тебе понравится это платье — самое модное теперь? — как будто случайно обратилась она к Сарре, показывая ей журнал мод, и стала ждать ее ответа.
— Не надоедай мне, мама, я очень занята! — отрезала Сарра, и Зельда сразу замолчала, словно в рот воды набрала. Ее сердце болезненно сжалось.
Но потом Сарра пожалела, что так резко ответила матери.
— Видишь ли, мама, я уже видела этот журнал, — добавила она в оправдание, не отрываясь от своей работы. — Я не вижу ничего особенного в этом платье.
— Я думала, что может быть… — начала было Зельда, но не могла кончить. Она вся как-то съежилась, ее старая, седая голова дрожала, как дрожали ее нервы.
Сарра продолжала работать. Она открывала и закрывала книги и что-то выписывала в свою тетрадь и так была увлечена работой, что совершенно забыла о присутствии матери. Спустя десять минут она встала, положила в стол тетрадь, закрыла книги и вышла из комнаты. Она окончила работу и теперь шла к отцу.
Мендель сидел в кабинете, в своем мягком кожаном кресле. Сарра села рядом.
Зельда все еще стояла на одном месте и смотрела в открытую дверь, туда, где сидели Мендель и Сарра. Было слышно, как они разговаривали и смеялись, но она не могла уловить смысла их разговора, казавшегося ей бессмысленной болтовней.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики