науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Честно! Я же ценный работник, вот поощрили…
Я фыркнула — ценный, как же! Зорин, конечно, мужик башковитый, даже очень. Он хорошо образован, любознателен, умен. В компьютерах же вообще сечет, как никто. Но! Вместо того чтобы ваять программы для нас, работников вычислительно центра, он часами блуждает по интернетовским порно-сайтам, изучает каталоги элитных проституток, знакомиться с оголтелыми эротоманами, спорит с приверженцами однополой любви, флиртует с виртуальными стриптизершами. Иногда он режется в свою любимую «Стратегию». А то и вовсе засылает вирусы в чужие компьютеры — он у нас заядлый вирмейкер… Так что ценным работником Юру Зорина назвать можно только сильно погрешив против истины
— Юрик, не ври! — это уже Эмма Петровна возмутилась, она, как и я, особой ценности в его работе не видела.
— Ну ладно, ладно, скажу, — пробурчал Юрка. — Я это… ну… институтскую сеть, заметьте, включая директорский компьютер, спас от страшного вируса.
— Наше сетевое окружение было заражено? — удивилась я. — Вроде на той неделе, когда я была на работе…
— Вирус попал в сеть три дня назад, — с пафосом произнес Юрок. — Страшный, как атомная война! Ни одна из наших антивирусных программ не смогла с ним справиться.
— А ты, значит, справился? — с сомнением спросила Эмма.
— Конечно, — ответила за Юрку я. — Ведь именно он его туда и запичужил. Так, Юрик?
— Нет! Клянусь!
— Не клянись. Бог накажет. Твой компьютерный бог с процессором вместо сердца. — Я обернулась к Соньке. — Он как узнал, что ты вместе со мной в санаторий едешь, тут же разработал сей вероломный план. Юрка у нас тот еще стратег.
— А почему вы так вырядились? — оторопело произнесла Сонька, теперь она зачарованно пялилась на монументальные Зоринские ноги в полосатых тирольских гольфах.
— О! — воскликнул Юрка, обрадованный сменой темы. — Вам нравится? Это последний писк моды!
Мы недоверчиво хмыкнули, даже не знакомая ни с одним из модных писков последнего десятилетия Эмма Петровна не поверила, что клетчато-полосатый ужас может быть актуален.
— И где вы этот писк приобрели? — спросила она, растеряно улыбнувшись. — На блошином рынке?
— Скорее всего, на распродаже списанных цирковых костюмов, — хихикнула Сонька.
— Вот и не угадали, — надулся Зорин. — Лев, скажи им, где мы прибрахлились! Ну скажи!
— В бутике, — гордо провозгласил Лева Блохин.
— Где? — в один голос выкрикнули мы.
— Не просто в бутике, — поправил друга Зорин. — А в элитном бутике.
— И там вам сказали…
— … что в нынешнем сезоне все кино-звезда так ходят.
Я вновь окинула взглядом прикид «сладкой парочки». Значит, писк моды. Значит, в бутике купленный. Значит, все кино-звезды… Интересно, кому из мировых дизайнеров и с какого перепоя пришла в голову мысль сделать ансамбль из тельняшки и клетчатых «Бермуд». Разве что Жан-Полю Готье или Вивьен Вествуд… Или Галиано, после лошадиной порции кокаина…
— А как тот бутик назывался? — спросила Сонька.
— «Вещи из Европы», — доложил Лева.
— Как? Прямо так и назывался?
— Да. Элитный сэконд-бутик «Вещи из Европы», так и назывался…
После этих слов мы не просто рассмеялись — заржали! Надо же, до чего наши старьевщики не додумаются, чтобы заманить вот таких простаков. Сэконд-бутик! Мне бы даже с перепоя такое в голову не пришло.
Пока мы смеялись, тот же бодро-гнусавый голос, что сообщал про время, объявил:
— Скорый поезд номер триста сорок один Нижний Новгород-Адлер прибывает к третьей платформе шестому пути. Повторяю…
Эмма Петровна встрепенулась.
— Мальчики, помогите мне. Ты, Лева, возьми сумки, а ты, Юра, чемодан, остальные котомки мне донесут девочки…
Лева с энтузиазмом вцепился в ремни сумок, мы послушно подхватили котомки, а вот Зорин чемодан взять и не подумал:
— Вы что, Эмма Петровна, с ума сошли? — возмутился он. — Мне тяжести понимать нельзя. У меня больная спина…
— Юра, как не стыдно? Такой большой, такой… — какой «такой» Зорин мы так и не узнали, потому что Эмма замолчала и начала хватать ртом воздух.
— Что вы так переживаете? — испугался Лева. — Вы не беспокойтесь, я ваш чемодан донесу… Мне не трудно.
Но Эммы не думала успокаиваться, она покраснела, затрясла головой, заохала и мертвой хваткой вцепилась в мое запястье, будто без моей поддержки она не устоит на ногах.
— Вам плохо? Сердце? Или что? — перепугалась я.
— Леля, — прохрипела Эмма. — Леля! Посмотри… какой стыд…
Я резко обернулась.
Сначала ничего особенного я не увидела. Двухэтажный вокзал, деревья, ларечки с горячими пирожками, лавки, на лавках люди, ожидающие того же поезда, что и мы, забегаловка с громким, но неуместным названием «Акватория», из «Акватории» выплывают какие-то пьяные личности (нажрались в девять утра — какой кошмар!), рядом стоянка такси… Стоп! Пьяные личности кого-то поразительно напоминали…
— Маруся! — ахнула я, узнав в шатающейся лохматой брюнетке свою подругу, с которой проработала бок о бок без малого пять лет.
— И не только она, — обретя голос, гневно выкрикнула Эмма. — Обе Маринки и Княжна! Все! И все пьянущие! Какой стыд!
Я пригляделась к подругам. Точно! Все пьянущие. Более-менее выгладила только Маринка-маленькая (рост сто пятьдесят сантиметров, по этому «маленькая»), она и шла ровно, и не гоготала в голос, как остальные. Хуже всех Маринка-большая (на семь см. выше «маленькой» по этому «большая»), она не только шаталась и хохотала, но еще и норовила прилечь отдохнуть прямо на асфальт. Я ее такой ни разу не видела, что не удивительно, так как она практически не пьет, разве что шампанское по праздникам. Две оставшиеся подружки Маруся и Княжна (это не титул, а прозвище) были потрезвее Большой, и попьянее Маленькой, короче, находились в промежуточной стадии опьянения, то есть между предпоследней «ты меня уважаешь» и последней «мордой в салат». Этих я тоже в таком состоянии ни разу не сподобилась лицезреть, что тоже не удивительно, потому что норма Княжны — три стопки, а Маруськина — четыре, больше, как правило, в них не помещалось.
— Чего это они? — испугался трезвенник Блохин. — Заболели? Или что?
— Нарезались, — хохотнул Юрка. — Во дают!
— В девять утра! Как не стыдно, — продолжала сокрушаться Эмма.
— Да уж, — поддакнула Сонька (хотя чья бы уж корова мычала, но об этом позже…).
А пьяная гоп-компания, между тем, добрела до нас. С гиканьем, ором и писком все четверо бросились меня обнимать, целовать, валить с ног, потом до кучи повисели на шеях и у всех остальных.
Удовольствие от этих объятий получил только завсегдатай порно-сайтов эротоман Юра Зорин.
— Вы когда успели нарезаться? — оторвав от себя последнюю из подружек, спросила я. — И почему вы не на работе? Вы же должны были помахать мне ручкой в восемь сорок пять, а потом ехать на работу…
— А мы приехали… ик… махать… — залепетала Маринка-большая, вытирая сопливый нос рукавом своего нежно-голубого платья. — А тебя еще нет…ик…
— Ну да! — подхватила Княжна, вытаскивая из кармана джинсов смятую пачку сигарет. — Мы и решили посидеть в «Акватории» кофейку попить… Марусь, дай огоньку.
— С чем был этот кофе? Со спиртом?
— Не… — Княжна сунула в рот сигарету, правда, не тем концом, прикурила. — С коньяком… Марусь… чего-то не куриться…
— Это вы с кофе такие? — удивилась я, вытаскивая изо рта Княжны тлеющую сигарету.
— Не-е, — замотала головой Маринка-большая. — Мы сидели, пили кофе… А тут ребята пришли. Хорошие такие… Сосо и Кацо.
— Сама ты Сосо, — замахала на нее своей худенькой пятерней Маруся. — Вано и Серго. Братья мои…армяне… — Никакой армянкой она не была, но неизменно объясняла свою жгучее брюнетистость кавказскими корнями (иногда армянскими, иногда абхазскими, иногда азербайджанскими).
— Они тоже на этом поезде поедут. С вами, — вклинилась в разговор не такая «более-менее», как на первый взгляд, Маринка-маленькая.
— Поедет только Вано, а Серго его провожал, — перебила Маруся. — Они к нам подсели, шампанского предложили…
— Сколько ж вы его выпили? Ящик?
— Почему ящик? — заморгала своими огромными глазищами Маруся. — Бутылку. Только потом они нам чачи предложили…
— Мы выпили… ик… — забормотала Маринка-большая. — Чуть-чуть… По две рюмочки… Леля, честное слово, трезвые были… А когда встали из-за стола, вдруг как все закружиться… Как сейчас! — И она начала заваливаться на бок.
Княжна подхватила Маринку под руку. Маруся под другую. Вторая Маринка подперла ее сзади. И все четверо замерли с глупо-счастливыми физиономиями. Я прыснула, так как без смеха смотреть на этот квартет было не возможно. Обычно пьяные женщины меня раздражают, иногда злят (привет Соньке, но об этом потом…), но эти умиляли. Как герой Мягкова в Рязановской «Иронии судьбы». Потому что сразу было видно, по их ухоженным физиям, ногтям, волосам, по хорошей одежде и модным сумкам, что эти дамочки (возраст-то уже дамский: от тридцати до тридцати шести) нарезались не по привычке, а по недоразумению. Это и забавляло.
Тут вдали послышался протяжный гудок тепловоза. Потом раздалось чуханье и потрескивание рельсов.
— Едет! — обрадовалась Сонька. — Едет! Ура!
— Идут! — пуще Соньки обрадовалась Маруся, кинувшись куда-то в сторону. — Идут! Ура!
Мы сначала не поняли, кому она была так рада, но потом заметили, как «псевдо армянка» подлетела к двум чернявым мужикам в белых одеждах, что шли по платформе по направлению к нам.
— Ребята! — заголосила она, хватая их под руки. — Вот смотрите, кого мы провожаем!
Ребята заулыбались, оценив наш с Сонькой экстерьер. Что и говорить, глаз Марусиных «братьев» мы порадовали. Обе блондинки (обе крашенные, но какого «брата» это волнует!), к тому же молодые, стройные, симпатичные. У Соньки ямочки на щечках, курносый носик, зеленые глаза. У меня попа, грудь и талия. Сложить бы нас вместе получилась бы идеальная женщина.
— Ребята! — не унималась Маруся. — Не угостите девчонок чачей!?
— Конэшно, — еще шире улыбнулись мужики и, не сговариваясь, полезли в сумки.
— Не надо! — испуганно выпалила я. Чачу я терпеть не могу, это даже хуже, чем виски.
— Конэшно надо!
1 2 3 4 5 6 7 8
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики