ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Линдквест поблагодарил меня взглядом и одним глотком осушил полбокала, словно пытаясь придать себе сил. Потом он нагнулся вперед в своем кресле и начал рассказ.
– Узнав, что мое время истекает, я столкнулся с определенными этическими проблемами. Мне необходимо привести в порядок свои дела. Видите ли, джентльмены, месяц назад я получил задание от некоего Васила Д'Англаса из Берлина. Дело было изложено в письме. Клиент выслал мне задаток в размере тысячи фунтов, с тем, чтобы я обнаружил Золотую Птицу и организовал ее возвращение.
Лицо Холмса оставалось бесстрастным, и Линдквест продолжал:
– Вам, вероятно, незнакомо это произведение искусства. Ничего удивительного, если знать историю Птицы. В любом случае Д'Англас согласен выплатить еще тысячу фунтов за возвращение вещи и компенсировать расходы, связанные с ее поисками. Мои люди наводили справки у коллекционеров и ювелиров, но не сумели напасть на след Птицы. Конечно, мне не следовало браться за это дело. Увы, здоровье не позволяет мне пуститься в необходимое путешествие. Мне нужны были деньги, и я взялся за работу, которую не сумею закончить.
Холмс нахмурился:
– Вы говорите, путешествие. Но разве, обращаясь к лондонскому эксперту, ваш джентльмен из Берлина не считал, что предмет находится здесь, в Англии?
– Д'Англас не был уверен в этом. Золотую Птицу он приобрел у турецкого торговца Абена Хассима. Приобрел, но не получил. Документ, подтверждающий покупку, был послан Д'Англасу, что сделало его законным владельцем. Но перед самой отправкой в Германию Птица из магазина Хассима была украдена. По неизвестным мне причинам мой клиент полагает, что вещь должна появиться в Англии. Но начать, безусловно, следует с Константинополя. Я должен был бы отправиться туда, расспросить Хассима и напасть на след. А вместо этого я нанял Баркера, сыщика из Суррея, чтобы он попытался отыскать след в преступном мире Лондона.
На лице Холмса появилась слабая улыбка.
– Мой конкурент, – заметил он и быстро взглянул на меня. – Вы помните, Ватсон, наши с ним пути пересеклись во время расследования дела Джозии Эмберли.
– «Москательщик на покое», – автоматически отметил я.
– Да-да, так вы озаглавили рассказ об этом деле, – подтвердил Холмс. Он снова посмотрел на Линдквеста. – Судя по размеру гонорара, эта вещь представляет немалую ценность, не так ли?
– Совершенно верно. Двадцатитрехдюймовая фигура из чистого золота установлена на массивном золотом пьедестале. К тому же искуснейшая работа.
– Господи! – невольно вырвалось у меня. – Неужели она действительно золотая?
– Так принято считать. Но я не склонен верить в это, – ответил Линдквест. – Видите ли, у Золотой Птицы уникальная история. История бесконечных исчезновений.
Холмс кивнул:
– Я понял вашу мысль. Золото – материал непрочный. Если эта Птица много путешествовала, она, несомненно, должна быть изготовлена из сплава.
– Чистое золото составляет двадцать четыре карата, – кивнул наш гость. – Восемнадцатикаратная проба представляется мне более реальной.
Похоже, Линдквест и Холмс пришли к единому мнению по этому вопросу. Я, откровенно говоря, ничего не понимаю в пробах и каратах.
– А что это за птица? – спросил я.
– Рух.
– Что ж, – с довольным видом заметил Холмс, – это придает делу мелодраматический оттенок. Легендарная птица из Аравии, столь огромная, что могла носить в своих когтях слонов. – На лице моего друга появилось задумчивое выражение. – Странный объект для мастера. Вы упомянули об исчезновениях? Как я понимаю, они связаны с преступлениями.
Линдквест откинулся в кресле, словно собирая остатки сил.
– Вот что мне удалось узнать. Как гласит легенда, впервые Золотая Птица появилась в Самарканде, в сокровищнице Тамерлана Великого. Изображения статуэтки выдают ее греческое происхождение, но я не взялся бы утверждать это со всей определенностью. Около 1720 года – Птица уже в России, при дворе царя Петра I. Дальше след ее теряется, зато достоверно известно, что в 1780 году статуэтка объявляется в частном собрании во Франции. Во время Французской революции отчаянно нуждающиеся владельцы-роялисты продают Птицу за бесценок, и, в конце концов, она попадает в руки Наполеона. Тот использовал ее в качестве залога, одалживая деньги у датских банкиров. На стыке веков Птица оказывается в распоряжении некоего Веймера, торговца произведениями искусства из Амстердама. Магазин Веймера был уничтожен пожаром. Птица исчезла. Но около 1850 года она обнаружилась на острове Родос. Покрылась пылью в маленьком магазинчике, пока ее не украл Гарри Хокер.
Холмс, задумчиво смотревший в огонь, внезапно встрепенулся:
– Ого, Хокер! Опытнейший вор, ученик короля преступников Джонатана Вайлда. Наметанный глаз Гарри, конечно, сразу распознал ценность вещи.
Линдквест кивнул и возобновил повествование:
– Хокер сбежал со статуэткой в Будапешт. Неизвестно, кому она была там продана. В конце концов Птица появилась в Стамбуле в магазине Абена Хассима. Будучи респектабельным торговцем, Хассим сообщил о том, что Птица находится в его распоряжении, и турецкое правительство подтвердило его права. Тогда-то мой клиент Васил Д'Англас и вступил в переговоры с Хассимом.
– И только для того, чтобы неуловимая вещь снова исчезла! – Глаза Холмса сияли. История явно заинтересовала его.
– Теперь вы с доктором Ватсоном знаете то же, что и я, – устало закончил Линдквест.
У него неожиданно начался ужасный приступ кашля. Когда гостю стало легче, я торопливо наполнил его бокал.
– А что же Баркер? – осведомился Холмс. – Наверняка он что-нибудь выяснил. У него нестандартные методы, но он чрезвычайно талантливый сыщик.
– Был им, – поправил Линдквест. – Баркер направлялся ко мне на Монтегю-стрит, когда его переехала карета. Узнав о несчастном случае, я отправился в госпиталь. Баркер не приходил в себя, и врачи не давали ему никаких шансов. Но перед самой смертью сознание вернулось к нему. Умирающий нашел меня взглядом, полным отчаяния и боли. Он силился сказать что-то, но сумел произнести лишь слово «паша». И Баркера не стало.
Лицо Холмса помрачнело. Мне тоже было не по себе. Я хорошо помнил Баркера. Апатичный человек, носивший темные очки и большую масонскую булавку на галстуке. Несомненно, смерть коллеги потрясла моего друга. Но речь его была бесстрастной и суровой:
– Мы не можем позволить, чтобы так просто убивали честных детективов. Я полагаю, что и вы не особенно верите в случайность этой смерти.
Линдквест кивнул:
– Карета не была обнаружена. Тот факт, что Баркер спешил ко мне, и значение, которое он, по-видимому, придавал своему последнему сообщению, заставляют подозревать, что все было подстроено. Уж больно удачно для кого-то совпали события.
Холмс кивнул:
– Паша! Вам это о чем-нибудь говорит?
Линдквест покачал головой:
– Нет, я решительно не знаю, при чем здесь паша. Одно могу сказать точно: я не ослышался.
– Что я могу для вас сделать? – спросил Холмс.
Линдквест вытащил из кармана два конверта и протянул один из них Холмсу:
– Это то, что осталось от моего гонорара. Если вы согласитесь, я отправлю это письмо, – он указал на второй конверт, – Василу Д'Англасу в Берлин. В нем сообщается, что из-за болезни я передаю это дело вам.
– Я вижу, вы уже запечатали письмо, – заметил Холмс.
Линдквест смущенно улыбнулся:
– Я надеялся, что вы согласитесь в память о старой дружбе.
Холмс коротко кивнул.
Наш посетитель с трудом поднялся с кресла.
– Я у вас в долгу, – сказал он, – хотя сомневаюсь, что мне удастся отблагодарить вас. Разрешите откланяться, джентльмены. Информация о деле и деньги в этом конверте. Надеюсь, что мы еще успеем встретиться.
Забегая вперед, скажу, что мы больше не видели Нильса Линдквеста: он умер на следующий день.
Холмс рассеянно крутил в руках конверт и смотрел в пустоту хорошо знакомым мне отрешенным взглядом. Наконец он кинул конверт на столики повернулся ко мне:
– Я не решился отказаться от платы, предложенной мне этим несчастным человеком. Это бы оскорбило его. Откровенно говоря, я взялся бы за это дело в любом случае – ради самого дела.
Я почувствовал: наступает подходящий момент для одной из моих маленьких уловок. Рассказ о Золотой Птице, конечно, заинтересовал меня, и теперь нужно было заставить Холмса высказать свое мнение об этом странном деле. Поэтому я ответил тривиальной фразой:
– Это похоже на заурядную погоню за наживой. Вероятно, похитителей привлекала баснословная цена вещи?
– Выгода всегда была мощным стимулом, – возразил мой друг. – Но представляет ли Птица такую уж большую ценность? Гарри Хокер не мог действовать случайно. В 1850 году Хокер как раз заканчивал свою славную карьеру и не стал бы рисковать по пустякам. И все же он похитил статуэтку. Предмет такого размера, будь он даже из чистого золота, не такой уж лакомый кусок. Линдквест не упоминал ни о глазах из драгоценных камней, ни об инкрустации самоцветами. Не похоже, чтобы добыча оправдывала риск.
– Может быть, ценность самой работы?
– Линдквест считал, что это предмет греческого происхождения. Если бы он был создан кем-то вроде Челлини, великого итальянского мастера, его цена намного бы превышала стоимость самого золота. – Мой друг на мгновение задумался. – Или причина в особой ценности сплава? Ведь известно, что в древности предпочитали электрон, природный сплав золота с серебром. Возможно, именно метод создания делал эту реликвию столь желанной.
Замечание Холмса поставило меня в тупик. Возможно ли, чтобы ремесленники древности могли превзойти наших специалистов из Бирмингема и Шеффилда. Я осторожно спросил об этом Холмса.
Он снисходительно усмехнулся:
– Мой дорогой друг, секрет цемента был утрачен еще в средние века. Сколько великих тайн забыто навсегда! По сей день лучшие специалисты не могут найти способ закалки меди, открытый американскими индейцами. Давайте уж лучше не будем обсуждать теорию утраченных технологий.
– Наверняка есть и другие причины гоняться за этой Птицей, – заметил я для пробы.
– Их множество, – ответил Холмс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики