науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В общем, Валла сказал своим братьям, что уходит из деревни, и что старший брат должен встретить его через месяц за границей – в Лагосе, в Нигерии.– Торгуешь историями, Валла? – спросил его старший брат.– Тебе лучше знать, что я делаю, – важно сказал Валла. – С теми, кто много знает, правительство обычно поступает ужасно.– Я часто думал, для чего нам, собственно, правительство? Наши племенные вожди никогда не обращались плохо с теми, кто много знает.– А у белых это принято.– Если у нас здесь уже нет белых и если, как говорит радио, мы постепенно избавляемся от всего, что пришло к нам от них, то почему бы нам не избавиться и от правительства?– Потому что нижнереченские хауса – дураки, – сказал Валла. – Они хотят избавиться от белых для того, чтобы самим стать белыми.– Хауса всегда были глупыми, – сказал старший брат.Для того, чтобы добраться до Лагоса, бусатийскому армейскому патрулю на груженных провиантом и амуницией джипах требуется месяц. Валла, без пищи, с одним только ножом, проделал этот путь пешком за шестнадцать дней.Валла разыскал в Лагосе земляка из своей деревни и спросил его, где могут дать хорошие деньги за информацию.– Только не здесь, – сказал земляк, работавший помощником садовника в русском посольстве. – Они здорово платили в прошлом году, а в этом дела у них идут плохо. Лучше всех снова платят американцы.– А китайцы? – поинтересовался Валла.– Иногда они ничего, а иногда считают, что в обмен на информацию достаточно рассказать тебе несколько анекдотов.Валла кивнул. Там, в Бусати, он уже слышал о желтых людях: бывает, дадут тебе значок или книжку, да еще удивляются и сердятся, когда говоришь им, что этого мало.– Американцы снова лучше всех, – повторил садовник, – но соглашайся брать только золото. Их бумажки с каждым днем падают в цене.– Да, я возьму только золото. Потом вернусь и расскажу тебе. То, что ты мне рассказал, очень важно.– Поговори с поваром в американском посольстве. Он подскажет тебе, какую запрашивать цену.Повар в американском посольстве сытно накормил Баллу и выслушал рассказ, время от времени прерывая его наводящими вопросами, чтобы хорошенько подготовить Валлу к переговорам.– Это исчезновение Липпинкотта – вещь хорошая. Вполне стоящая. Но думаю, что сведения о том доме, может быть, еще более ценные. Кто эти белые женщины?Валла пожал плечами.– Я не знаю.– А кто там бывает? – спросил повар.– Мне рассказал об этом солдат. Он говорил, что тем бусатийским солдатам, которые хорошо себя ведут, разрешают пойти в этот дом и делать с теми женщинами разные ужасные вещи.– Домом управляет президент Ободе? – спросил повар.– Не знаю. Думаю, что нет. Мне сказали, что сержант, который находился в этом доме, – лони.– Лони? Ты уверен, что он – лони, а не хауса?– Я могу отличить хауса от лони, – обиделся Валла. – Он – лони.– Лони-сержант. Это очень важно, – сказал повар.– Это стоит золота? – спросил Валла.Повар отрицательно покачал головой.– Американцы не различают лони и хауса и им плевать, что лони дослужился до сержанта в бусатийской армии. Может, у тебя есть что-нибудь о тех женщинах?– Они никогда не выходят оттуда живыми.Повар пожал плечами, как бы говоря: «Ну и что?»– Я знаю имя одной. Мне сказал его один парень из нашей деревни, который работал в аэропорту. Я его запомнил, потому что оно похоже на имя Липпинкотта.– Ее тоже зовут Липпинкотт?– Нет. Форсайт. В полном имени Липпинкотта есть и имя Форсайт. Мой приятель сказал, что видел, как ее вели из самолета в машину. Она выкрикнула свое имя, а потом ее втащили в машину. Она прокричала, что ее зовут Синтия Форсайт из Балтимора.– Как она выглядела?– Белая.– Да, но какая белая? Все белые похожи друг на друга.– Это я знаю, – сказал Валла. – Наш друг говорил: у нее волосы как огонь.Повар погрузился в размышления и ответил не сразу. Вместо этого он застучал кухонным ножом, приготавливая овощи на ужин. Кончив нарезать длинные зеленые листья, он щелкнул пальцами.– Восемнадцать тысяч долларов. Золотом, – сказал он.– Восемнадцать тысяч долларов? – переспросил потрясенный Валла.– Это то, что мы запросим, а согласимся на пятнадцать.Он посоветовал Валле придержать имя девушки, пока он не получить деньги, но мельком упомянуть имя Липпинкотта, чтобы быть уверенным, что ему заплатят. Он объяснил, что человек, которому он представит Валлу, Джей Гордон Далтон, был чем-то вроде шпиона. Он предложит Валле десять или двадцать долларов, после этого Валла должен подняться, чтобы уйти, и тогда Далтон заплатит ему пятнадцать тысяч.– Я знал человека, у которого однажды была стодолларовая бумага, – сказал Валла. – Очень богатый человек.– Ты тоже будешь богатым, – сказал повар.– Мне это очень нужно. Мне ведь теперь нельзя возвращаться в Бусати.К ночи Валла стал самым богатым человеком в истории его деревни, а Джей Гордон Далтон послал в Вашингтон срочнейшую шифровку. Старший офицер лично расшифровал телеграмму. В ней говорилось:Джеймс Форсайт Липпинкотт, Балтимор, пропал. Предположительно погиб в джунглях Бусати. Подозреваем обман. Синтия Форсайт, Балтимор, удерживается заложницей. Ждем инструкций. Продолжаем расследование.Поскольку Липпинкотт принадлежал к известной семье Липпинкоттов, среди которых были губернаторы, дипломаты, сенаторы и, что самое важное, банкиры, эта телеграмма уже в четыре часа утра лежала на столах сразу нескольких заведующих отделами Госдепартамента США. В этой информации, правда, не все было гладко. Дело в том, что Синтия Форсайт не могла быть заложницей в Бусати. Три месяца назад она погибла в автомобильной катастрофе. Она была родственницей Липпинкоттов, и потому сообщение об этом появилось на первых полосах газет.Теперь решили, не поднимая лишнего шума, проверить, было ли это тело телом погибшей девушки. К полудню по характеру зубных пломб и отпечаткам пальцев было установлено с абсолютной точностью, что тело не принадлежало Синтии Форсайт.– Кто же это тогда? – спросил представитель Госдепартамента.– А какая разница? – ответил представитель ФБР. – Важно, что это – не Форсайт. Значит, она и в самом деле может быть заложницей в Бусати.– Тогда нам придется доложить об этом в Белый Дом, – сказал госдеповец. – И да поможет Бог тем, кто пытается обвести Липпинкоттов вокруг пальца. Особенно банкиров.Составленный в Белом Доме отчет был отпечатан в пяти экземплярах, четыре из которых были направлены различным Липпинкоттам. Пятый, доставленный нарочным в один из кабинетов в здании Департамента сельского хозяйства в Вашингтоне, был закодирован и передан по шифровальному аппарату, как полагал тот, кто это делал, в какой-то офис в Канзас-Сити. На самом деле сообщение поступило в санаторий в местечке Рай, штат Нью-Йорк, и в этом санатории было принято решение, благодаря которому, хотя этого и не знал тот, кто его принимал, осуществилось древнее предсказание, сделанное вскоре после того, как лони лишились своей империи:"Всесокрушающая сила с Востока соединится со всесокрушающей силой Запада, и горе поработителям лони, когда пройдет по берегам реки Бусати «разрушитель миров». Глава третья Его звали Римо. Изменение программы телепередач сделало его жизнь несчастной.– В связи с началом специальных репортажей с заседания комиссии сената по Уотергейту, – объявил диктор, – сериалы «Пока Земля вертится» и «Доктор Лоуренс Уолтерс, знаменитый психиатр» показываться не будут.Когда Римо это услышал, он, с детства никогда не молившийся, воскликнул:– О, Господи, спаси нас!Маленький сухопарый азиат, безмятежно сидевший в своем золотистом кимоно перед цветным телевизором, издал при этом еле уловимый звук, который Римо слышал от него только однажды, и то, когда тот был в глубоком сне.– Й-о-о-о-к, – произнес Чиун, Мастер Синанджу и, не веря собственным ушам, затряс белой жидкой бородкой. Он согнулся, как будто кто-то нанес ему удар ниже пояса, хотя Римо очень сомневался, что существует на земле человек, который может это сделать. – Но почему? Почему?Чиун был потрясен.– Это не я, папочка. Не я. Я не виноват.– Это сделало твое правительство.– Нет, нет. Это телевизионщики. Они подумали, что большинству людей будет интереснее смотреть слушания в сенатской комиссии, чем мыльные оперы.Чиун ткнул длинным костлявым пальцем в сторону телевизора. Его длинный ноготь дрожал от негодования.– Да кто захочет смотреть на этих противных белых людей, когда можно наслаждаться красотой, ритмом и благородством настоящей драмы!– Видишь ли, Чиун, существуют опросы. Людей спрашивают, что им нравится и что не нравится, и, как я понимаю, получилось так, что большинство захотело смотреть сенатские слушания, а не твои сериалы.– Меня они не спросили, – сказал Чиун. – Меня никто не спрашивал. Кто меня спрашивал? Если бы они спросили меня, я бы им сказал: пусть останется красота драмы. Красота – редкость, а эти расследования у вас никогда не кончаются. Где этот человек, который проводил опрос? Я хотел бы с ним поговорить. Уверен, он наверняка заинтересовался бы и моим мнением.– Надеюсь, папочка, ты не собираешься его прикончить, – заметил Римо.– Прикончить? – переспросил Чиун таким тоном, будто подобное предположение касалось монашки-кармелитки, а не его, самого беспощадного убийцы в мире.– Но такое действительно случается Чиун, когда кто-то становится на пути твоих любимых дневных программ. Разве ты забыл Вашингтон и тех парней из ФБР, или Нью-Йорк и всех тех мафиози? Конечно, ты помнишь. Из-за них ты не смог посмотреть свои передачи. А Чикаго, и те профсоюзные громилы? Тоже вылетело из головы? Помнишь, кому пришлось тогда отделываться от трупов? Ты что, папочка, забыл эти мелочи?– Я помню красоту, которую прервали, и старого человека, отдавшего лучшие годы тому, чтобы обучить неблагодарного своему мастерству, старика, которого теперь упрекают за то, что он хотел насладиться минутой красоты.– У тебя очень избирательная память.– В стране, которая не ценит красоту, нужна память, которая не удерживает воспоминания об уродстве и безобразии.После этого события и возобновился личный контроль Мастера Синанджу над тренировками Римо. Теперь Римо уже не мог самостоятельно проделывать упражнения. Лишенный дневных телевизионных передач, Чиун решил наблюдать за Римо, и, конечно же, оказалось, что Римо все делает не так.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики