ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Славная девочка из колледжа Вассар, — сказал Джоунс. — Там их учили не проявлять нетерпимости, понимаешь, приятель? Их учили тому, что цвет кожи не имеет значения, что чернокожий может думать так же, как и белый, и, если «ниггер» приглашает тебя танцевать на балу старшеклассников, ты идешь с ним. Понятно? А когда танец заканчивается, другие столь же терпимые белые девочки обступают тебя и расспрашивают: «Когда ты танцевала с ним, ты почувствовала, что в сексуальном плане негры сильнее белых?» А тут блестящий негритянский поэт приезжает в колледж Вассар читать свои стихи на занятиях литературной группы. После занятий одна из терпимых студенток, наша Мэриан, прямо на публике приглашает поэта вместе с ней съесть по гамбургеру и выпить по чашечке кофе. Ричард принимает приглашение и пускает в ход свое особое магическое обаяние — доброту и нежность; он тоже полон мечтаний о том, что цвет кожи не имеет значения. Что стало дальше, я могу только догадываться: возможно, девушка была очень взволнованна, когда вернулась домой, бросилась на кровать и долго не могла уснуть, снова и снова повторяя самой себе, что цвет кожи действительно не имеет никакого значения. Она настолько преисполнилась либеральными идеями, настолько твердо решила быть терпимой и настолько вжилась в роль героини, что, когда Ричард, полный собственных надежд и мечтаний, попытался ухаживать за ней, она мужественно сказала «да». А потом, как я полагаю, к своему огромному удивлению обнаружила, что все действительно обстояло именно так: цвет кожи не имел никакого значения и Ричард на самом деле был добрым, нежным и чутким. Однако в реальной жизни все это имело значение: все те, кто знал Мэриан и Ричарда, возненавидели их. В такой обстановке у них не осталось никого из близких людей. Ричард пытался работать для них, учить их уму-разуму, но безуспешно: он уже не был одним из них, он был любовником белой. И умер он не оттого, что знал какой-то секрет, а кто-то боялся, что он его раскроет. Мне кажется — я подчеркиваю, что я только предполагаю, — он умер за то, что осквернил белую женщину, которой довелось полюбить его.
— Так вы считаете, что между убийством и планами на пятницу не существует никакой связи?
— Я сказал тебе, приятель, только то, что предполагаю.
— И как вы советуете действовать?
Джоунс пожал плечами:
— Что касается меня, то я буду слушать и смотреть. Если ничего не услышу, а мэр не заплатит в указанное время, то останусь здесь слушать дальше. Но если узнаю, что бомба взорвалась, то выйду на улицу, дождусь первого белого мстителя с еще не остывшим ружьем в руках и, надеюсь, убью его и еще нескольких белых до того, как они убьют меня.
— А что, по-вашему, должен делать я? — спросил Питер.
— Постарайся убедить мэра заплатить — это позволит нам выиграть время, — ответил Джоунс.
— А если мне не удастся?
— Тогда улетай из города на первом самолете, парень, и забери с собой того, кем ты действительно дорожишь, потому что получишь красную букву на груди: тебя пометят большой буквой «Л».
— Буквой «Л»?
— «Любитель животных», — сказал Джоунс. — Ты ведь действовал как друг ниггера.
Питер положил свою трубку в карман.
— Заключим сделку? — спросил он.
— Сомневаюсь…
— Вы расскажете мне, если услышите что-нибудь, а если я услышу что-то, то расскажу вам.
— Ничего не обещаю тебе, парень. Это — проблема чернокожих, и если она может быть разрешена вообще, то сделано это будет без помощи врага.
— Как я смогу отыскать вас? — спросил Питер. — Не стану торговаться и, если услышу что-нибудь полезное, сообщу.
Джоунс грустно улыбнулся:
— Ей-богу, я верю тебе. — Он вынул из кармана карандаш и написал номер на бумажной салфетке. — Позвони по этому номеру. Со мной ты поговорить не сможешь, но скажешь, где я смогу найти тебя.
Питер встал. Он услышал, как владелец бара отодвинул засовы на двери.
— Один совет, — сказал Джоунс.
— Я слушаю.
— Убеди Мэриан уехать из города, пока все спокойно. Белые обвинят ее в том, что она шлялась с ниггером, а черные — в том, что запятнала репутацию хорошего человека. Может быть, тебе, парень, удастся найти какую-нибудь подругу, еще одну терпимую девушку из колледжа Вассар, которая могла бы забрать ее к себе?
— Я поговорю с ней, — ответил Питер…

Когда Питер вышел на Ленокс-авеню, ему показалось, что жара стала еще более нетерпимой. Высоко в небе сияло солнце, и Стайлс понял, что, вероятно, время близилось к полудню. Он взглянул на часы: было без четырех минут двенадцать. Оставалось почти сорок восемь часов до момента, когда достопочтенный Джеймс Рэмси должен был принять решение: платить или не платить.
Такси курсировали по удивительно пустынным улицам Гарлема. Питер направился к ближайшей станции метро. Он инстинктивно чувствовал, что кто-то за ним следит. Повернулся и увидел того самого высокого негра, который ожидал его у входа в бар. Это, несомненно, был один из людей Натана Джоунса. Тот не пытался скрыть содержание их с Питером беседы, и теперь Питер безуспешно пытался понять, с какой целью этот человек следует за ним: шпионить или охранять.
Журналист спустился в метро, купил жетон и вышел на платформу. Был полдень, а на платформе — ни души. Стояла такая тишина, что слышался звук шагов людей, спускавшихся по лестнице с улицы. Высокий негр уже спустился в метро. Он не собирался оплачивать проход через турникет, а стоял у окошка кассы и смотрел на Стайлса. Очевидно, Натан Джоунс хотел убедиться, что Питер благополучно покинул пределы «его территории» и не подвергся нападению.
В жарком, стремительно мчавшемся поезде метро с полусонными пассажирами Питер почувствовал некоторое облегчение. Он стоял у центральной двери вагона, покачиваясь в такт движению. Следовало отправиться домой, в нижнюю часть города, — страшно хотелось сменить одежду. Необходимо было также поговорить с Фрэнком Девери, заведующим отделом «Ньюсвью». В журнале сотрудничала пара штатных корреспондентов, талант которых, как казалось Питеру, он мог бы использовать в ближайшие несколько дней. И все же, подчиняясь какому-то импульсу, он вышел на остановке «Восемьдесят шестая улица» в Ист-Сайде, взял такси и поехал через парк к отелю «Молино». Совет Натана Джоунса убедить Мэриан покинуть город, который тот дал в конце их разговора, не давал Питеру покоя. Лучше поговорить с ней прямо сейчас, чем провести последние десятки часов ожидая, пока отыщут тех, кто угрожал жизням одному Богу известному количеству тысяч ни в чем не повинных людей.
При ярком солнечном свете «Молино» выглядел еще хуже, чем на закате. Питер вошел в вестибюль. Его юный друг с близко посаженными глазами по-прежнему сидел за столом дежурного. Не полагаясь на свое самообладание, Питер решил обойтись без вежливого предупреждения Мэриан.
Питер вошел в лифт. Кто-то недавно протирал пол кабины, и он еще оставался влажным. Лифт со скрипом проделал путь до четвертого этажа. Выйдя из него, Питер прошел к двери 402-го номера и поднял руку, чтобы постучать, но остановился. Дерево вокруг дверного замка было разбито в щепки, причем совсем недавно. Стайлс слегка толкнул дверь, и она медленно открылась.
— Мэриан! — громко позвал Питер.
В комнате царил хаос: мебель опрокинута, красивая обивка мягких кресел и кушетки изрезана на мелкие кусочки, пишущую машинку Ричарда зашвырнули в угол, где она валялась словно груда железного лома. Все книги вытащили из шкафов, и кто-то не пожалел времени на то, чтобы оторвать от них переплеты. Телефонный шнур вырвали из сети.
— Мэриан!
Оставалась только ванная, где она могла быть. Дверь туда была открыта. Он заглянул вовнутрь, но девушки и там не было.
Питер обошел письменный стол сзади; он помнил, что карточку с номером телефона, которую дал Мэриан лейтенант Пайк, она положила в средний ящик стола — ту самую, которая должна была обеспечить ей помощь.
Карточка была на месте, но телефон не работал.

Часть вторая
Глава 1
Стайлс не стал ждать лифта. Он сбежал по четырем коротким пролетам лестницы в вестибюль в полной уверенности в том, что портье со злобным взглядом близко посаженных глаз ждет его.
Положив на стол карточку с номером Пайка, Питер сказал:
— Будьте добры, позвоните по этому номеру.
Портье с надменной улыбкой отодвинул карточку рукой.
— Рядом, в драг-сторе, есть платный телефон, — сказал он.
Опершись на здоровую ногу, Питер подпрыгнул и уселся на стол, затем изогнулся и очутился по другую сторону стола рядом с портье. Включив коммутатор, Питер назвал номер. Через мгновение мужской голос ответил:
— Слушаю. Это миссис Симс?
— Это не миссис Симс, — сказал Питер. — Это Стайлс. Я только что поднимался в номер миссис Симс. В комнате все разгромлено, а ее самой нет. — Питер повернулся к портье, который уже перестал улыбаться: — А теперь, парень, закончим наши игры. Кто-то выбил замок, открыл дверь 402-го номера и устроил там погром: перевернул мебель, разбил вдребезги пишущую машинку и ушел с миссис Симс. Когда он это делал, то было, должно быть, много шума.
— Это четвертый этаж, — ответил портье, утратив остатки самодовольства. — Здесь, внизу, я ничего не слышал.
— Но другие-то люди на том этаже были. И никто не жаловался?
— Днем на четвертом этаже никого не бывает, все работают.
— Что-то случилось, Джорджи? — раздался хриплый голос позади Питера.
Сзади стоял чрезвычайно тучный бесцеремонный тип с замусоленной сигарой в углу рта. К нему подошел здоровенный мужчина в синем рабочем комбинезоне.
— Этот подонок угрожает мне, — сказал портье и всхлипнул.
— Ну ничего, Джорджи, сейчас мы вышвырнем его отсюда, — сказал толстяк. — Ирвинг!
Человек в комбинезоне двинулся вперед, играя мускулами.
— Даю тебе тридцать секунд, чтобы убраться отсюда, парень, — сказал толстяк Питеру и улыбнулся так же гнусно, как и портье. Это были отец и сын, о которых говорила Мэриан.
— Вы здесь управляющий? — спросил Стайлс.
— Я здесь хозяин, — ответил толстяк. — Пол Сэвидж. А где я мог видеть тебя?
— Его фамилия Стайлс, — сказал Джорджи. — Это тот, кто ударил меня сегодня, я тебе говорил.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики