ТОП авторов и книг ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ
Когда Ито вошел к нему, Лаббэк был погружен в работу. Он распределял наказания, планируя судебные процессы, чтобы покарать преступления восставших. До этого дня события развивались по сценарию Лаббэка и не выходили из-под его контроля. Разве Курт Райнер не согласился наконец жениться на его дочери? Разве сектор не сумел сохранить мир, избежав войны с Ямато? Разве пограничные системы не поддерживают железную дисциплину, и разве не посрамлены все его враги?
После вспышки насилия консерваторов смута вскоре была подавлена войсками генерала Хандсона. Восстание захлебнулось еще до Дня Благодарения, к концу февраля. Остатки армии Уотерса были уничтожены. Немногочисленные приверженцы Люсии Хенри на Дакоте раскаялись, а их лидеров с позором казнили. Только хитрому, как лиса, Уэстерленду удалось спастись. Он сбежал в гавань Хонсю, где находили прибежище американские политические преступники. Оставалось только два неразрешенных вопроса: что делать с Люсией и Хальтоном Хенри?
Лаббэк обдумал все очень тщательно. «Это несложно, — сказал он себе два дня назад. — Конгресс в один голос требует головы Люсии и с каждым днем все больше настраивает общественное мнение против нее». Но Алиса начала решительно и непреклонно возражать против смертной казни. Лаббэк вспомнил, как она взорвалась, услышав от него это предложение. Лицо ее покраснело, жемчужные серьги в ушах дрогнули, а губы скривились в неодобрительной усмешке. Большие темные глаза округлились и посмотрели на него с ненавистью. Лицо застыло в устрашающей маске — он довел ее до приступа ярости.
Да. Он сделал это сознательно. Алиса находилась на посту Президента уже двенадцать лет и научилась требовать и добиваться. Лаббэк же занимался политикой значительно дольше и знал, что нужно делать, чтобы планы Президента совпадали с его собственными. Она оборвала его речь и сжала кулаки так, что хрустнули суставы. Этой привычкой она напоминала своего отца — властного и непримиримого Оттомана Кэна. Лаббэк все это, конечно же, инспирировал, рассчитывая напугать тех, кто окружал Президента в тот момент. Так и произошло. Он покорно встал и покинул Овальный кабинет, чувствуя, что его маневры точно достигли цели. Но за маской, которую она тогда на себя надела, он увидел ее настоящее лицо: Лаббэк понял, что она не может разрешить возникшую перед ней проблему.
На следующей неделе все обсуждения смертного приговора прекратились. Дело Люсии могло подождать, но с Хальтоном медлить было нельзя. Лаббэк решил сохранить жизнь бывшему вице-президенту, потому что он еще мог ему понадобиться. И так как Президент рассердилась на обоих, Хальтон получил возможность выжить. Позже Лаббэк представит это как желание американского народа. Он обратится к Президенту с предложением помиловать Хальтона и казнить Люсию. Алиса примет это предложение, потому что оно покажется ей мудрым и справедливым, и потому что она полностью доверяет Лаббэку.
Ито торопливо поклонился и вместо предварительных объяснений положил на стол Лаббэка несколько листов синтетической бумаги. Строки официального документа довели Лаббэка до удушья. Чтобы предотвратить появление этого документа, он закрыл пограничные орбиты еще до Рождества и не открывал их до сих пор. Возмездие настигло его, словно молния, от которой он убегал. Но она все-таки ударила в него.
— Эти листки распространялись в районе Колумбии, господин Лаббэк.
— Спасибо, — с трудом проговорил Лаббэк, не успев еще оправиться от шока, хотя в глубине души он предвидел возможность такого поворота событий.
— Благодарю вас, Ито. Уверен, что это не единственная копия.
— К сожалению, все уже знают об этом. Полиция находит листовки в Филадельфии, Харрисбурге и других местах. В новостях говорят, что шила в мешке не утаишь. За границей скоро повсюду узнают об этом. Эти новости распространятся раньше любого эмбарго, которого мы могли бы избежать.
— Вы привезли это сразу, без промедления?
— Да, конечно.
— Вы правильно поступили. Подождите меня здесь, я скоро вернусь.
Лаббэк сложил листки, встал и направился в Овальный кабинет. Вместе с Президентом там находились Ле Гран и двенадцать помощниц. Конрой сразу же понял, что его вторжение оказалось некстати. Оно рассердило Президента, и Алиса даже не взглянула на него, обратившись к Ле Грану:
— Вы плохо выглядите, Отис.
Ле Гран вытер пот со лба.
Государственный секретарь догадался, что он вошел как раз в тот момент, когда Отис замышлял очередную интригу, чтобы развлечь Президента. Это было его любимым занятием. Приход Лаббэка помешал Ле Грану, и он вынужден был замолчать. Немногие могли скрыть правду от Президента, еще меньшее число людей было способно открыто лгать ей в лицо. Но никто никогда не делал этого в присутствии Конроя Лаббэка.
— У меня температура, — сказал Ле Гран, поднимаясь с места. — Наверное, заразился новым вирусом европейского гриппа.
— Хотите, я вызову к вам доктора Кая? — спросила Алиса вкрадчиво.
— Спасибо. Право, не стоит беспокоиться.
— Он выдающийся врач и очень хорошо разбирается в вирусных заболеваниях. К тому же он может сделать вам укол муколина.
— Ничего страшного. Думаю, это скоро пройдет.
Алиса проникновенно посмотрела на Кэрол Форд, свою привлекательную помощницу, которая была любовницей Ле Грана, а потом опять перевела взгляд на него, словно желая сказать: «Ах, Отис, Отис! Грипп здесь ни при чем…»
— Сказать по правде, Алиса…
— Да?
— Сказать по правде, я просто устал. Я… плохо спал прошлой ночью.
На лице Алисы промелькнуло разочарование. Ле Гран коснулся ее руки, но она резко отдернула ее, вспомнив, что за ними наблюдает Лаббэк.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127
После вспышки насилия консерваторов смута вскоре была подавлена войсками генерала Хандсона. Восстание захлебнулось еще до Дня Благодарения, к концу февраля. Остатки армии Уотерса были уничтожены. Немногочисленные приверженцы Люсии Хенри на Дакоте раскаялись, а их лидеров с позором казнили. Только хитрому, как лиса, Уэстерленду удалось спастись. Он сбежал в гавань Хонсю, где находили прибежище американские политические преступники. Оставалось только два неразрешенных вопроса: что делать с Люсией и Хальтоном Хенри?
Лаббэк обдумал все очень тщательно. «Это несложно, — сказал он себе два дня назад. — Конгресс в один голос требует головы Люсии и с каждым днем все больше настраивает общественное мнение против нее». Но Алиса начала решительно и непреклонно возражать против смертной казни. Лаббэк вспомнил, как она взорвалась, услышав от него это предложение. Лицо ее покраснело, жемчужные серьги в ушах дрогнули, а губы скривились в неодобрительной усмешке. Большие темные глаза округлились и посмотрели на него с ненавистью. Лицо застыло в устрашающей маске — он довел ее до приступа ярости.
Да. Он сделал это сознательно. Алиса находилась на посту Президента уже двенадцать лет и научилась требовать и добиваться. Лаббэк же занимался политикой значительно дольше и знал, что нужно делать, чтобы планы Президента совпадали с его собственными. Она оборвала его речь и сжала кулаки так, что хрустнули суставы. Этой привычкой она напоминала своего отца — властного и непримиримого Оттомана Кэна. Лаббэк все это, конечно же, инспирировал, рассчитывая напугать тех, кто окружал Президента в тот момент. Так и произошло. Он покорно встал и покинул Овальный кабинет, чувствуя, что его маневры точно достигли цели. Но за маской, которую она тогда на себя надела, он увидел ее настоящее лицо: Лаббэк понял, что она не может разрешить возникшую перед ней проблему.
На следующей неделе все обсуждения смертного приговора прекратились. Дело Люсии могло подождать, но с Хальтоном медлить было нельзя. Лаббэк решил сохранить жизнь бывшему вице-президенту, потому что он еще мог ему понадобиться. И так как Президент рассердилась на обоих, Хальтон получил возможность выжить. Позже Лаббэк представит это как желание американского народа. Он обратится к Президенту с предложением помиловать Хальтона и казнить Люсию. Алиса примет это предложение, потому что оно покажется ей мудрым и справедливым, и потому что она полностью доверяет Лаббэку.
Ито торопливо поклонился и вместо предварительных объяснений положил на стол Лаббэка несколько листов синтетической бумаги. Строки официального документа довели Лаббэка до удушья. Чтобы предотвратить появление этого документа, он закрыл пограничные орбиты еще до Рождества и не открывал их до сих пор. Возмездие настигло его, словно молния, от которой он убегал. Но она все-таки ударила в него.
— Эти листки распространялись в районе Колумбии, господин Лаббэк.
— Спасибо, — с трудом проговорил Лаббэк, не успев еще оправиться от шока, хотя в глубине души он предвидел возможность такого поворота событий.
— Благодарю вас, Ито. Уверен, что это не единственная копия.
— К сожалению, все уже знают об этом. Полиция находит листовки в Филадельфии, Харрисбурге и других местах. В новостях говорят, что шила в мешке не утаишь. За границей скоро повсюду узнают об этом. Эти новости распространятся раньше любого эмбарго, которого мы могли бы избежать.
— Вы привезли это сразу, без промедления?
— Да, конечно.
— Вы правильно поступили. Подождите меня здесь, я скоро вернусь.
Лаббэк сложил листки, встал и направился в Овальный кабинет. Вместе с Президентом там находились Ле Гран и двенадцать помощниц. Конрой сразу же понял, что его вторжение оказалось некстати. Оно рассердило Президента, и Алиса даже не взглянула на него, обратившись к Ле Грану:
— Вы плохо выглядите, Отис.
Ле Гран вытер пот со лба.
Государственный секретарь догадался, что он вошел как раз в тот момент, когда Отис замышлял очередную интригу, чтобы развлечь Президента. Это было его любимым занятием. Приход Лаббэка помешал Ле Грану, и он вынужден был замолчать. Немногие могли скрыть правду от Президента, еще меньшее число людей было способно открыто лгать ей в лицо. Но никто никогда не делал этого в присутствии Конроя Лаббэка.
— У меня температура, — сказал Ле Гран, поднимаясь с места. — Наверное, заразился новым вирусом европейского гриппа.
— Хотите, я вызову к вам доктора Кая? — спросила Алиса вкрадчиво.
— Спасибо. Право, не стоит беспокоиться.
— Он выдающийся врач и очень хорошо разбирается в вирусных заболеваниях. К тому же он может сделать вам укол муколина.
— Ничего страшного. Думаю, это скоро пройдет.
Алиса проникновенно посмотрела на Кэрол Форд, свою привлекательную помощницу, которая была любовницей Ле Грана, а потом опять перевела взгляд на него, словно желая сказать: «Ах, Отис, Отис! Грипп здесь ни при чем…»
— Сказать по правде, Алиса…
— Да?
— Сказать по правде, я просто устал. Я… плохо спал прошлой ночью.
На лице Алисы промелькнуло разочарование. Ле Гран коснулся ее руки, но она резко отдернула ее, вспомнив, что за ними наблюдает Лаббэк.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127