ТОП авторов и книг ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ
Возможно, Лорали и права относительно того, что в данный момент ему нужно. Виски помогло сгладить острые углы. Хорошая любовница в постели снимет горячечный жар, который, точно бушующий ветер, никак не стихал и не давал ему покоя.
Неровный свет камина теперь лучше освещал ее поразительную красоту. Такой девушке разливать бы чай в аристократической гостиной, а не заниматься грязным делом, да еще и в захолустном шахтерском городишке. Но люди сами выбирают свою судьбу. Одежда, что была на ней, без сомнения, очень дорогая. Со вкусом у нее явно все в порядке. Что ж, ее счастье, дело при таком раскладе у этой милашки пойдет как нельзя лучше.
Взгляд Слоана задержался на ее шее, белоснежной гладкой коже, не упустив из виду лихорадочно бьющуюся жилку, опустился ниже. Внутри у него все сжалось. Полная грудь, сдавленная корсетом, была почти полностью открыта его взору.
Нет, он совсем не хочет, чтобы она уходила.
И все же…
Девушка смотрела на него все с той же тревогой в глазах.
Слоан приблизился к ней, схватил за руку. Пальцы длинные, наманикюренные ногти. Ручка дамы из высшего общества, да и только. Он дернул ее к себе, расстегнул несколько пуговиц рубашки и положил узкую ладонь себе на грудь.
— Есть возражения против индейцев? — спросил он. Она резко выдернула руку.
— А вы индеец?
Брови Слоана насмешливо изогнулись.
— Неужто я похож на норвежца? — мягко поинтересовался он.
Девушка протянула руку, указывая на кавалерийский мундир, лежащий на кровати.
— Я… думала, вы офицер.
— И сам тому иногда удивляюсь, — пробормотал Слоан и снова взглянул на девушку. — Спрашиваю еще раз, есть возражения против…
Слоан замолчал. Да она не слушает его вовсе. Куда больший интерес девушки вызывало то, что происходило за пределами комнаты, в холле.
А, пропади все пропадом! Он выпил слишком много. И очень кстати.
Теперь ему казалось, что в голове стучат боевые барабаны и стук этот отдается во всем теле. Громкий, оглушающий, требующий. То, что рассудок слегка затуманен, превосходно. Утолить голод, потушить бушующий огонь — вот что ему сейчас нужно.
Слоан расстегнул рубашку до конца, обхватил лицо девушки обеими руками и прижался к ее губам. Она показалась ему свежей, как мята. Полные губы вызывали желание не оставлять их. Он хотел все большего и большего. Решительно раздвинув языком мягкие губы, он скользил внутрь, еще крепче сжимая ее в своих объятиях. Слоан чувствовал, как порывисто вздымается ее грудь, такая мягкая, прижатая к его обнаженной груди. Желание, куда более сильное, чем гнев, раздражение, нетерпение и ожесточенность, вместе взятые, все возрастало в нем. Чем больше он целовал ее, тем неудержимее поднималась в нем волна всепоглощающего желания.
Она с трудом просунула руки между ними, уперлась ему в грудь и попыталась оттолкнуть. Слоан застонал, отказываясь поначалу отпускать ее, желание внезапно достигло такого накала, что он готов был, невзирая на все протесты, швырнуть ее на постель и взять силой. Но заставил себя разжать руки.
— Черт! Убирайся! — выкрикнул он и толкнул ее к двери. Девушка судорожно принялась искать щеколду, пальцы дрожали, она никак не могла справиться с простейшим замком. Слоан оттолкнул ее в сторону и сам открыл щеколду.
В холле отчетливо слышны были голоса. Какой-то мужчина произнес:
— Если б я только смог найти прежде младшую…
Больше ничего Слоан не услышал, поскольку девушка снова бросилась ему в объятия и они оказались там, где были только что, — посреди комнаты. Он был совершенно сбит с толку. Огромные глаза не отрываясь смотрели на него. Губы влажные, чуть припухшие, так и зовут приникнуть к ним в поцелуе. Халат распахнулся совершенно, грудь поднимается от каждого вздоха. Слоан с трудом взял себя в руки.
— Послушай, если не хочешь оставаться здесь, уходи! — Выкрик получился чересчур резким.
Она посмотрела на него. Он был уверен, что теперь завладел наконец ее вниманием.
— Я… — начала было она, но осеклась, потом, придя к какому-то решению, продолжила: — Простите. Боюсь… вы были правы. Я испугалась. Оттого, что вы индеец. Частично индеец.
Он кивнул, глаза сузились.
— Ты вольна уйти отсюда.
— Я… я не хочу уходить. Налейте мне что-нибудь выпить, пожалуйста.
Он готов был взорваться на тысячу кусочков, а она ведет себя так, словно ожидает, будто он станет ее угощать сандвичами.
— Может, хочешь, чтобы я еще заказал чай? — глубоко вздохнув, поинтересовался Слоан.
— Чай? Да, это было бы… — Она, должно быть, заметила зверское выражение его лица. — Нет! — воскликнула девушка. — Не надо чая. Я…
— У меня есть виски. От Лорали.
— Виски? Отлично, пусть виски.
Немало озадаченный, он налил гостье виски в коньячный бокал. Протянул ей, она взяла, попыталась кокетливо улыбнуться и отошла к камину. Белоснежное одеяние теперь было слегка розоватым от освещающего его пламени. Девушка отпила глоток и закашлялась.
— Послушай, — сказал Слоан. — У тебя явно какие-то проблемы, но я страдать от этого не намерен и портить себе вечер тем более. Если хочешь, могу проводить тебя.
— Ну что вы, никаких проблем! — возразила она и улыбнулась. Чудесной белозубой улыбкой.
Двигалась она с удивительной грацией. Вот и сейчас повернулась и, мягко ступая, подошла к двери. Сделала еще глоток виски, на этот раз не кашлянула, только передернула плечами. А потом залпом допила то, что осталось в бокале. Прислушалась. И снова Слоан почувствовал себя так, словно его здесь и нет: все свое внимание девушка сосредоточила на том, что делалось за дверью. Он подошел к ней, налил еще порцию, в бутылке уже почти ничего не осталось — совместными усилиями они довольно быстро прикончили ее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120
Неровный свет камина теперь лучше освещал ее поразительную красоту. Такой девушке разливать бы чай в аристократической гостиной, а не заниматься грязным делом, да еще и в захолустном шахтерском городишке. Но люди сами выбирают свою судьбу. Одежда, что была на ней, без сомнения, очень дорогая. Со вкусом у нее явно все в порядке. Что ж, ее счастье, дело при таком раскладе у этой милашки пойдет как нельзя лучше.
Взгляд Слоана задержался на ее шее, белоснежной гладкой коже, не упустив из виду лихорадочно бьющуюся жилку, опустился ниже. Внутри у него все сжалось. Полная грудь, сдавленная корсетом, была почти полностью открыта его взору.
Нет, он совсем не хочет, чтобы она уходила.
И все же…
Девушка смотрела на него все с той же тревогой в глазах.
Слоан приблизился к ней, схватил за руку. Пальцы длинные, наманикюренные ногти. Ручка дамы из высшего общества, да и только. Он дернул ее к себе, расстегнул несколько пуговиц рубашки и положил узкую ладонь себе на грудь.
— Есть возражения против индейцев? — спросил он. Она резко выдернула руку.
— А вы индеец?
Брови Слоана насмешливо изогнулись.
— Неужто я похож на норвежца? — мягко поинтересовался он.
Девушка протянула руку, указывая на кавалерийский мундир, лежащий на кровати.
— Я… думала, вы офицер.
— И сам тому иногда удивляюсь, — пробормотал Слоан и снова взглянул на девушку. — Спрашиваю еще раз, есть возражения против…
Слоан замолчал. Да она не слушает его вовсе. Куда больший интерес девушки вызывало то, что происходило за пределами комнаты, в холле.
А, пропади все пропадом! Он выпил слишком много. И очень кстати.
Теперь ему казалось, что в голове стучат боевые барабаны и стук этот отдается во всем теле. Громкий, оглушающий, требующий. То, что рассудок слегка затуманен, превосходно. Утолить голод, потушить бушующий огонь — вот что ему сейчас нужно.
Слоан расстегнул рубашку до конца, обхватил лицо девушки обеими руками и прижался к ее губам. Она показалась ему свежей, как мята. Полные губы вызывали желание не оставлять их. Он хотел все большего и большего. Решительно раздвинув языком мягкие губы, он скользил внутрь, еще крепче сжимая ее в своих объятиях. Слоан чувствовал, как порывисто вздымается ее грудь, такая мягкая, прижатая к его обнаженной груди. Желание, куда более сильное, чем гнев, раздражение, нетерпение и ожесточенность, вместе взятые, все возрастало в нем. Чем больше он целовал ее, тем неудержимее поднималась в нем волна всепоглощающего желания.
Она с трудом просунула руки между ними, уперлась ему в грудь и попыталась оттолкнуть. Слоан застонал, отказываясь поначалу отпускать ее, желание внезапно достигло такого накала, что он готов был, невзирая на все протесты, швырнуть ее на постель и взять силой. Но заставил себя разжать руки.
— Черт! Убирайся! — выкрикнул он и толкнул ее к двери. Девушка судорожно принялась искать щеколду, пальцы дрожали, она никак не могла справиться с простейшим замком. Слоан оттолкнул ее в сторону и сам открыл щеколду.
В холле отчетливо слышны были голоса. Какой-то мужчина произнес:
— Если б я только смог найти прежде младшую…
Больше ничего Слоан не услышал, поскольку девушка снова бросилась ему в объятия и они оказались там, где были только что, — посреди комнаты. Он был совершенно сбит с толку. Огромные глаза не отрываясь смотрели на него. Губы влажные, чуть припухшие, так и зовут приникнуть к ним в поцелуе. Халат распахнулся совершенно, грудь поднимается от каждого вздоха. Слоан с трудом взял себя в руки.
— Послушай, если не хочешь оставаться здесь, уходи! — Выкрик получился чересчур резким.
Она посмотрела на него. Он был уверен, что теперь завладел наконец ее вниманием.
— Я… — начала было она, но осеклась, потом, придя к какому-то решению, продолжила: — Простите. Боюсь… вы были правы. Я испугалась. Оттого, что вы индеец. Частично индеец.
Он кивнул, глаза сузились.
— Ты вольна уйти отсюда.
— Я… я не хочу уходить. Налейте мне что-нибудь выпить, пожалуйста.
Он готов был взорваться на тысячу кусочков, а она ведет себя так, словно ожидает, будто он станет ее угощать сандвичами.
— Может, хочешь, чтобы я еще заказал чай? — глубоко вздохнув, поинтересовался Слоан.
— Чай? Да, это было бы… — Она, должно быть, заметила зверское выражение его лица. — Нет! — воскликнула девушка. — Не надо чая. Я…
— У меня есть виски. От Лорали.
— Виски? Отлично, пусть виски.
Немало озадаченный, он налил гостье виски в коньячный бокал. Протянул ей, она взяла, попыталась кокетливо улыбнуться и отошла к камину. Белоснежное одеяние теперь было слегка розоватым от освещающего его пламени. Девушка отпила глоток и закашлялась.
— Послушай, — сказал Слоан. — У тебя явно какие-то проблемы, но я страдать от этого не намерен и портить себе вечер тем более. Если хочешь, могу проводить тебя.
— Ну что вы, никаких проблем! — возразила она и улыбнулась. Чудесной белозубой улыбкой.
Двигалась она с удивительной грацией. Вот и сейчас повернулась и, мягко ступая, подошла к двери. Сделала еще глоток виски, на этот раз не кашлянула, только передернула плечами. А потом залпом допила то, что осталось в бокале. Прислушалась. И снова Слоан почувствовал себя так, словно его здесь и нет: все свое внимание девушка сосредоточила на том, что делалось за дверью. Он подошел к ней, налил еще порцию, в бутылке уже почти ничего не осталось — совместными усилиями они довольно быстро прикончили ее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120