ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И сама она будто большая старая птица, облезлая, обескры-
левшая, еле живая, прячется, словно в дупле, в глухой огороже стен,
высокого забора, густой зелени.
Только я слышу ее. Порой она меня окликает:
- Милосердию мою не видал?
- Не видал, - отвечаю ей.
- Увидишь, перекажи, пусть зайдет. Все мыкается.
"Милосердия" - это Дуня ли, тетка Дуня, а для молодых - давно уже
бабка Дуня, которая живет против нас, через улицу. Она - казак воль-
ный, в вечных походах. Ранним утром торопливо шлепают ее просторные
калоши через улицу, в соседский двор.
- Миколавна! - окликает она. - Живая?..
- Слава Богу, дышу... А всю ночь промучилась. Лишь чуток комариным
сном задремлю - и враз меня жаром осыпает...
И пошли речи известные, стариковские: о ночных хворях да недобрых
снах.
С веранды моей видна лишь крыша дома соседского да верх стены. Все
остальное заслоняет высокий забор да зелень. Но голоса и речи ясно
слышны. И словно вижу картину привычную: на крыльце, на низкой скаме-
ечке, - большая оплывшая Миколавна в просторной ночной рубахе, а рядом
- тетка Дуня, худая и востроносая, словно воробей. Она не присядет.
Костлявые черные ноги в просторных калошах покоя не ведают, с утра тем
более. Сучит тетка Дуня ногами, уже занудившись. Соседкиным жалобам
сострадает участливым быстрым говорком:
- Какая беда... Какая беда... Это надо... Беда так беда. - И успе-
вает новости выложить и собственное, больное: - Таиса Абрамкина своего
прогнала. Капеля он, говорит, и боле никто. Поросенок опять не жрет,
гад. Била его, била. Кобель гавкать не стал. Ночью, слыхала, кто-то
возле двора шалался, а он, сволочь такая, молчит. Нажрался и спит, нет
ему горя. Ныне дам ему порки.
Беседа течет обычная, она не смолкает. Но слышится по двору шле-
панье тетки Дуниных калош. Помойное ведро убрать, свежей воды принес-
ти. Летят короткие приказы с крыльца:
- Постановь... Прибери в сарай. Ведрушку - на крылец. Подотри...
Подай...
Шлепанье калош убыстряется. Вихревыми кругами носится тетка Дуня по
двору и скоро убегает, на ходу взахлеб передавая дела предстоящие:
- Макарьевна из проулка, ты ее знаешь, они кур помногу держали,
вроде помирает, надо бежать глядеть. Мишка вчера бутылок привез два
мешка, а в нашем магазине их не берут. Сваха переказала...
И вот уже калоши зашлепали вон со двора. Снова тишь. Лишь Миколавна
в голос бурчит:
- Прозвонила - и нет ее... Коза комолая... Черти ее поджигают, лё-
том летит... Милосердия называется.
Это уже - для меня, чтобы я посочувствовал.
Спустя час ли, другой услышу я зов:
- Покличь мою милосердию... Увеялась...
Но где ее сыщешь, бегучую тетку Дуню? Надежный замок на воротах.
Кобель хрипло лает, видно, пошла впрок наука. Хозяйка же - вольный ве-
тер.
- Милосердия называется... - желчно цедит в своем дворе Миколавна.
- Денежки любит получать.
- Не глядел? - порой снова окликает меня. - Нету ее?
- Не видать, - отзываюсь я.
"Милосердия" - это тетки Дунина официальная должность при хворой
соседке. Миколавна - человек одинокий. Таким людям с недавних пор со-
бес нанимает помощниц. Оплата - сущие копейки, отсюда и круг забот:
заглянуть раз-другой в неделю, хлеба купить да молока; иная полы по-
дотрет - спасибо и на этом. Но старые люди мудрят: всяк - свое. Отсюда
и споры. Обязана "милосердия" с огородом помогать или не обязана? Щи
варить?.. В хате прибирать?.. Обязана - не обязана... Деньги им пла-
тят.
У Миколавны за короткий срок этих "милосердий" сменилось трое или
четверо. "Обязана... Не обязана"...
- У людей милосердия грядки поливает, - сообщала тетка Дуня. - А
твоя процедит скрозь пальцы - и ушла.
- У людей - стирают, а твоя - с маникюром, культурная.
Кончилось это понятным; других отстранив, тетка Дуня заступила на
должность при Миколавне: носить из магазина хлеб, молоко, получать
хоть и малую, но копейку. Выслушивать укоры:
- Ушла и в тину села. Не дошумишься. Так и скачешь, так и скачешь.
Тетка Дуня и впрямь скачет весь день, словно воробей, промышляя.
Востроносая, ростом невеликая; из-под заношенного платка быстрый гла-
зок ее шныряет туда да сюда, словно воробьиный, ища поживу.
- Тетка Дуня! - окликнешь ее. - Тебе не надо...
- Надо, надо... - не даст она и закончить и скачет ко двору.
Траву ли скосишь, яблоки-паданки некуда девать, вяленая рыба год
провисит на чердаке, пожелтеет, старую крупу шашель поточил, арбузные
корки ли, капустные листья - все тетке Дуне идет.
- Кабан пожрет, - говорит она. - Куры поклюют.
Порою и не зовешь, она сама углядит:
- У тебя терновка падает, либо не нужна? Я заберу, - и тащит к себе
еще зеленую кислую ягоду.
- Картошку старую заберу... Мелкую тоже заберу...
Выйдешь ли за двор, на улицу, глядишь - волокет чего-нибудь. С меш-
ком ли гнется, на тачке везет.
- От Ильченки, - сообщает. - Груши падают, черномяски. Порежу да
посушу. У меня груш нету, негде приткнуть.
- От Лаптевых... Огурцов у них нарастает, не успевают сбирать. Мне
и желтяки сойдут. Своих бы насажала, да негде.
А уж от Миколавны с пустыми руками не выйдет. Какую-нибудь плошку
ли, банку несет. Старые щи, засохший хлеб... Залежалось ли что, про-
кисло - все впрок птице Божьей.
К вечеру тетка Дуня устает. Долог день летний. Устанет - уже не
скачет. Годочки свое берут. А их уже - семьдесят. Ширк да ширк калоша-
ми - к Миколавне бредет.
Миколавна же порой вечерней, когда в стеклянном скворечнике дышать
нечем, спускается во двор на волю. За день она выспалась, отекла ли,
припухла ото сна. Но сидит гоголем, рассказывает про телевизор:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики