науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

» и другая всякая такая же самостийная блажь!
К тому же в этой самой Галине сочетались две совершенно взаимоисключающие натуры: одна принадлежала столичной великосветской львице, для которой не существовало никаких преград и для которой давно уже наскучила и осточертела своим, так сказать, однообразием буйная жизнь огромного мегаполиса, а другая была совершенно ей противоположная — вычитанная из старинных книг XIX века, воспитанная в непреложном следовании русским православным христианским традициям быть покорной, долготерпимой и добропорядочной женщиной, так что невозможно было понять, с кем в данный момент ты общаешься — то ли с уличной хулиганкой, то ли с кроткой и твердой в вере монашкой!
Но самое страшное, что когда Томми требовалась хулиганка для совершения каких-то определенных хулиганствий, ему приходилось иметь дело с непоколебимой в соблюдении взятого на себя обета святой сестрой, а когда ему хотелось приклонить свою слишком буйную голову к какой-нибудь тихой и несущей в себе святой дух обители, перед ним представала такая бесстыжая безобразница и хамка, что иногда даже ему приходилось смущаться и краснеть.
И несмотря на все ее кульбиты и совершенно наплевательское к нему отношение, Томми продолжал с упорством старого барана домогаться ее расположения к себе и не упускал ни одной возможности, чтобы увидеть ее и не полаяться с ней в очередной раз.
Один Иван знал настоящую причину такого поведения, но никому об этом не говорил (даже обеспокоенным таким поведением их родителям) по причине безграничной дружбы и любви, существовавшей между ним и его сестрой — Галка была еще с детства по уши влюблена в Томми, а он, несчастный, ни сном ни духом не догадывающийся об этом диком чувстве десятилетней сопливой девчонки, уже в четырнадцать лет вовсю начал заводить бурные романы со всякими и не всякими такими же юными вертихвостками, а она этого ему не простила и, с каждым годом любя его все больше и больше, поклялась отомстить ему на полную катушку и мучить его до тех пор, пока она над ним не смилостивится и не разрешит взять ее замуж! (Соображения его и ее родителей не учитывались ни на секунду, а в принципе, какое все это имеет значение при наличии настоящей любви?)
В принципе, Галя была права, потому что клиент был еще тот — почти единственный наследник самых богатых в мире родителей, великолепно образованный, умный, красивый, честный, порядочный, верный, надежный — да как такого можно не полюбить.
К вышеперечисленному можно добавить — хитрый, вредный, коварный, избалованный женским вниманием, самодовольный буржуйский сынок, — сам Бог велел такого мучить.
Перед отъездом на учебу Иван ей несколько раз говорил, чтобы она была с Томкой полегче, не то он со своим гордым и независимым характером плюнет на нее и найдет себе кралю не хуже, а даже получше и побогаче, и останется она со своим конопатым носом наедине!
Но эта длинноногая шестнадцатилетняя бестия только смеялась и, грозясь своим маленьким кулачком, с непонятно откуда взявшейся уверенностью утверждала, что вырастет самой красивой и самой умной девочкой, и этот паршивый Томка будет валяться у ее ног!
Иван этому тогда не поверил, но прилетев домой через пять лет, застал своего друга именно в том состоянии, которое предсказывала его вредная и прозорливая сестренка!
Иван, конечно, не мог не видеть, что с каждым годом его сестра все больше расцветала, а на последнем сеансе трансгалактической связи он даже сам обалдел, увидев на экране эдакую разодетую фурию, что его однокурсники даже не хотели верить, что это его сестра, а все талдычили про какую-то заморскую поп-звезду и все требовали от нее автографа, но зная своего друга детства и не понимая, как можно терять голову из-за женщины (оттого, что ему самому еще не встретилась такая особа, хотя монахом его было очень трудно назвать) он никак не ожидал такого блестящего результата давно задуманной ею операции.
— Ты что, вправду влюбился в Гальку? — спросил он юного Хаггарда.
— Конечно же, да! — ответил за него м-р Петрофф и засмеялся. — Ох, смотри, Томка, наведет она порядок в вашем буржуинстве!
— Вот еще! И даже не думал! — не хотел сознаваться в этом грехе нашкодивший Томка.
— А Галька тоже — хороша штучка! — продолжал гнуть свою мысль Чрезвычайный Посол. — Я ей говорю: «Ты мне испортишь все межгосударственные отношения», а она, дура, смеется!
— Да она любит Томку, вот и крутит им как хочет! — не выдержал и сознался Иван, хотя в принципе когда-то надо было их мирить, тем более есть подходящий момент — он вернулся и теперь сможет помочь обоим идиотам справиться самим с собой.
— Вот еще! И даже не думала! — продолжал упрямиться Томми, но ушки-то поднял торчком и аж весь вытянулся навстречу промелькнувшей надежде. — А ты откуда знаешь? Она тебе говорила?
— Ничего она мне не говорила, — не глядя соврал Ванька. — Просто ей лучше парня не найти! — и немного помолчав, добавил: — Хотя чего в тебе бабы находят, не пойму?
— Они знают, чего ищут! — самодовольно доложил Томми и приосанился.
— Чернявый, морда хитрая, тупой как валенок! — Иван начал перечислять достоинства своего дружка. — К тому же тощий как глист! Не то что я! Белокурый, здоровый, умный и не так безобразно богатый!
— Вот то-то и оно! — согласился с ним Томми. — Раз ты такой хороший, вот mi»i тебя и женим!
— Правильно речешь! — поддержал его м-р Петрофф. — Давно пора его женить, а я бы внучат понянчил!
— На мулатке! — продолжил свою мысль Томми. — У меня есть одна знакомая — во какая красивая мулатка! Нарожает она тебе негритят, и выгонят твоего папашу с работы, да и тебя отстранят!
— Ты что там мелешь, буржуйская твоя рожа! — взорвался м-р Петрофф, совсем позабыв про дипломатический этикет. — Я тебе такую дам мулатку! И к моей Гале на пушечный выстрел не подпущу!
— А чем это мулатка вам плоха? — поинтересовался Томми и обнял за плечи Ивана. — Женщина она темпераментная, плодовитая, к тому же мулатки — хорошие хозяйки. Вы же сами пролетариев всех стран звали объединяться, вот и будет у вас большой мулатский интернационал!
— Ну-ка, Вань, дай по ушам этому паршивцу, а то я не дотянусь! — совсем разбуянился м-р Петрофф. — А ну, высаживайся из кареты, капиталист проклятый!
— Да ладно вам, ребята, ссориться?! — вмешался в спор Иван. — Из-за какой-то там мулатки! Я на практике имел этих мулаток вместе с ихними мулатами, эфиоп их отец и мать, на ЗАНЗИБАРЕ-3, — так себе народец, ничего особенного!
— Так ты воевал с повстанцами в войсках ООН?! — искренне удивился Томми.
— Ах, и ты, паршивец! Семью позоришь?! Вон все отсюда! — заорал во всю глотку старый кадровый дипломат.
— Да ладно тебе, отец, кипятиться! — примирительно сказал Ваня. — Шутит он. И я тоже пошутил. Не имел я никаких мулатов. И жениться я буду только на нашей, на какой ты мне скажешь. («А скажешь на ту, которую я в дом приведу!»)
— Да?! — уж слишком быстро отходил м-р Петрофф. — А то я уже прикидывал, как буду гладить их по кучерявым головкам!
— Кого гладить-то? — не понял Иван.
— Да внучков своих, эфиоп их мать! — И все дружно рассмеялись, а Робах продолжал хмуриться, хотя все это было очень занятно с точки зрения машинной логики.
— Ас чего это ты, Томка, решил моего сына на эфиопке женить? — поинтересовался посол. — Допекла тебя Галка?
— И не на эфиопке, а на мулатке!
— Да какая же в этом разница?
— Очень даже большая! — Томка обиделся на «допекла» окончательно и продолжал еще больше злиться, тем более, что они все ближе приближались к вилле Петровых и злиться ему оставалось недолго, пока его опять не начнут допекать. — Эфиопка — она из Эфиопии, а мулатка — наша, родная, буржуинская!
— Ну, это тогда совсем другое дело! — м-р Петрофф сразу же раздобрел. — А у этой мулатки, эфиоп ее не отец и не мать, есть старший брат?
— Имеется, — не понял Томми. — А зачем это вам?
— Ну как же! — м-р Петрофф весь аж засветился. — А мы за него Галю отдадим!..
— …?!
— … и этим сразу убьем двух зайцев!
— Ну-ка, просвети нас, папаня! — Ивану тоже стало интересно: чего еще удумал старый дурак.
— Освободим тебя, Томка, от Галькиных капризов, а заодно и отомстим за твои мученья, это раз!
— Круто!
— И внучки все будут одинаковые, это два!
Пока они дружно смеялись, дорога совсем кончилась, и Иван ступил на родную землю, где каждый кустик, каждая веточка напоминали о беззаботной юности и веселом детстве.
9
Описывать подробно семейные хлопоты, связанные с долгожданным приездом сына, нет никакого смысла из-за их традиционной обыкновенности и простоты.
Все провели милый спокойный вечер в тесном кругу родных, и Томми был здесь совершенно уместен, потому что на самом деле тоже был как бы членом их семьи.
Надо лишь отметить почти незаметное изменение его отношений с Галиной, произошедшее — видимо, обоюдно, — с одной стороны, из-за совершенно недостоверной информации от Ивана, что Галька его любит, а с другой — из-за непонятного изменения поведения все той же Гальки, произошедшего, видимо, по причине приезда старшего брата, заполнившего недостающую нишу ее внутренней душевной гармонии.
Весь вечер никто не ругался и не подкалывал друг друга, как это происходило всегда и повсеместно, и не из-за того, что кто-то соблюдал никому не нужные здесь нормы этикета, который давно уже изменился в этом мире в сторону многоукладности, как вы уже успели это заметить по сценам, происходившим в, казалось бы, совершенно неуместном для шуточек месте — как, например, межгосударственное секретное совещание на высшем уровне в недрах ХДК, а из-за того, что все присутствующие подсознательно почувствовали, насколько они близки друг другу, и радость находиться всем вместе была настолько огромна, что были забыты традиционные игры в отцов и детей, женихов и невест, братьев и сестер в смысле их внешнего показного антагонизма и… короче, вечер удался на славу — они засиделись у камина допоздна, пели хором песни и, совершенно усталые и счастливые, под утро разошлись спать по своим комнатам, причем Томми не отправился к себе домой, что было делом всего получаса, а остался ночевать у Петровых, так сказать, в своей комнате, где он ночевал регулярно все годы дружбы с Иваном и его семьей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики