ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Леонарда, некогда управлявшая большим дворцом во Флоренции и роскошной виллой, умела очень деликатно подчеркнуть свое превосходство там, где она действительно этого заслуживала, и в то же время от всего сердца восхищалась кулинарным искусством Перонеллы, в котором та не знала себе равных.Со своей стороны, Перонелла, воздавая должное тактичности старой девы, сама передала ей ключи от всех ларей и шкафов и старательно усваивала познания, принесенные ее подругой с другой стороны Альп. К тому же ей никогда не надоедало слушать рассказы Леонарды о всяких диковинках сказочного города Флоренции, который она, конечно же, никогда не посетит сама. Нередко можно было видеть, как на просторной кухне Леонарда, разбирая белье, живописует своей новой подруге, помешивающей на огне подливу, городской базар: его звуки, краски.В другой раз происходило обратное, и Перонелла, которая обладала удивительной способностью всегда быть в курсе всех событий, просвещала Леонарду по части анекдотов, басен, небылиц и прочих сплетен, имевших хождение по городу и его окрестностям.Бесспорно, Перонелла была словоохотлива и этим немного напоминала Леонарде толстушку Коломбу, ее подругу, которая была непревзойденным знатоком по части того, что происходило во Флоренции. Но темпераментная сбивчивая речь гувернантки из дома Альбицци не шла ни в какое сравнение с той манерой, в которой разговаривала супруга Ле Пюэлье. Последняя была прирожденной рассказчицей, умевшей преподнести самый обычный спор между двумя крестьянами на рынке в предместье Нотр-Дам-ла-Риш как красочное и увлекательное повествование. И Леонарда не преминула сделать ей комплимент.— Это все оттого, — объяснила Перонелла, — что я родилась на этой земле. Мы, жители Турени, славимся на все королевство своим умением лучше всех говорить на нашем языке.Иногда мне кажется, что отчасти именно поэтому наш добрый государь, король Людовик, так любит беседовать с жителями Тура, и не только со знатными горожанами, но даже с такими незначительными людьми, как мой Этьен и я.Это заставило Леонарду еще более почтительно отнестись к своей подруге, а также сильнее привязаться к этой мирной стране, где всем так хорошо жилось. С каждым днем эта привязанность становилась все крепче. Ее беспокоили лишь две вещи, способные нарушить это блаженство, — внезапное появление Филиппа, который мог приехать за своей женой, чтобы лаской или силой увезти ее в свою бургундскую крепость, и осуществление данного Фьорой сгоряча обещания отправиться в Рим и попросить папу аннулировать их брак. Ее беспокойство не рассеивалось, несмотря на то, что Фьора, казалось, наслаждалась своим новым жилищем и ни разу за все время не упомянула имени своего супруга. Леонарда слишком хорошо знала ее импульсивность и эту жажду к перемене мест, свойственную ее натуре.Поэтому, когда однажды мартовским утром Фьора, проснувшись, отказалась от своей традиционной миски хлеба с молоком и медом, сославшись на недомогание, и грациозно упала на кухне в обморок прямо к ногам Леонарды и Перонеллы, обе женщины переглянулись и с сияющими от радости лицами бросились в объятия друг другу, даже не подумав оказать ей прежде помощь.— Ребенок! — воскликнула Перонелла. — Наша молодая госпожа наверняка ждет ребенка! Хвала господу и Богоматери, благословивших этот дом!Леонарда заплакала от счастья и, как только они осторожно перенесли будущую мать в ее постель, отправилась к настоятелю монастыря Сен-Ком, чтобы заодно раздать там милостыню и поставить свечи. Им больше не грозило это безумное путешествие в Рим, потому что союз Филиппа и Фьоры, по-видимому, не останется без последствий.Эта новость ошеломила Фьору, ей никогда не приходила в голову мысль, что Филипп в результате этих страстных ночей в Нанси мог подарить ей ребенка. Свою любовь к нему она похоронила в самой глубине своего сердца под таким пластом злобы и ревности, что как будто даже забыла его. И вот теперь он собирается вдохнуть в эту почти увядшую любовь новую жизнь, которая будет распускаться в течение всей весны, уже вступившей в свои права, цветущего лета, которое придет ей на смену, и до той самой поры, когда созреет виноград. Эта нить, связавшая ее с Филиппом, обещала стать слишком прочной, чтобы можно было ее когда — нибудь разорвать, разве что ценой собственной жизни.Недомогание, овладевшее ею, отступило, как отступает набежавшая волна. В доме было спокойно, тепло и тихо, за исключением только шума, доносящегося из кухни, где Перонелла победоносно гремела своими медными кастрюлями. Тогда Фьора поднялась, даже не потрудившись надеть домашние туфли, и подошла к большому венецианскому зеркалу, длинному и узкому, очень похожему на то, что некогда привез ей отец, — самому главному украшению в ее комнате. Здесь она сбросила рубашку и принялась осматривать себя, надеясь найти первые изменения в своем внешнем облике, однако талия ее была все такой же тонкой, живот — таким же плоским, а грудь — точь-в-точь такая же, как и прежде.— Еще слишком рано, — сказала Леонарда, неожиданно вошедшая в спальню и заставшая ее за этим занятием. — Если мы хорошенько посчитаем, то окажется, что вы должны быть на втором месяце беременности, моя дорогая. Надеюсь, что вы рады этому?Конечно, рада. После двухмесячного душевного затворничества это было восхитительное ощущение. Сознание того, что в ней зародилась другая жизнь, позволило ей освободиться от этого подавляющего чувства своей никчемности, возникшего вследствие того, что однажды зимним вечером некий человек поклялся покровительствовать ей, лелеять, оберегать и защищать ее, быть с нею вместе, пока смерть не разлучит их, а вместо этого отправился на войну и предпочел служить не ей, а другой женщине, пусть даже и принцессе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики