ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- Щукин... беги, - промычал он, всхлипывая. Щукин выстрелил несколько раз по направлению оранжереи, и в ней вылетело несколько стекол. Но огромная пружина, оливковая и гибкая сзади, выскочив из подвального окна, перескользнула двор, заняв его весь пятисаженным телом, и в мгновение обвила ноги Щукина. Его швырнуло вниз на землю, и блестящий револьвер отпрыгнул в сторону. Щукин крикнул мощно, потом задохся, потом кольца скрыли его совершенно, кроме головы. Кольцо прошло раз по голове, сдирая с нее скальп, и голова эта треснула. Больше в совхозе не послышалось ни одного выстрела. Все погасил шипящий, покрывающий звук. И в ответ ему очень далеко по ветру донесся из Концовки вой, но теперь уже нельзя было разобрать, чей это вой: собачий или человечий.
Катастрофа
В ночной редакции газеты "Известия" ярко горели шары, и выпускающий редактор на свинцовом столе верстал вторую полосу с телеграммами "По Союзу республик". Одна гранка попалась ему на глаза, он посмотрел на нее и захохотал, созвал вокруг себя корректоров из корректорской и метранпажа и всем показал эту гранку. На узенькой полоске сырой бумаги было напечатано: "Грачевка, Смоленской губернии. В уезде появилась курица величиною с лошадь и лягается, как конь. Вместо хвоста у нее буржуазные дамские перья". Наборщики захохотали. - В мое время, - заговорил выпускающий, хихикая жирно, - когда я работал у Вани Сытина в "Русском слове", допивались до слонов. Это верно. А теперь, стало быть, до страусов. Наборщики хохотали. - Что же, ставить, Иван Вонифатьевич? - спросил метранпаж. - Да ты что, сдурел? - ответил выпускающий. - Я удивляюсь, как секретарь пропустил, - просто пьяная телеграмма. Поэтому "Известия" и вышли на другой день, содержа, как обыкновенно, массу интересного материала, но без каких бы то ни было намеков на грачевского страуса. Приват-доцент Иванов, аккуратно читающий "Известия", у себя в кабинете свернул лист "Известий", зевнул, молвил: ничего интересного, и стал надевать белый халат. В кабинете же профессора Персикова была кутерьма. Испуганный Панкрат стоял и держал руки по швам. - Понял... слушаюсь, - говорил он. Персиков запечатанный сургучом пакет вручил ему, говоря: - Поедешь прямо в Отдел животноводства к этому заведующему Птахе и скажешь ему прямо, что он - свинья. И пакет отдай. Персиков бушевал. - Это черт знает что такое, - скулил он, разгуливая по кабинету и потирая руки в перчатках, - это неслыханное издевательство надо мной и над зоологией. Эти проклятые куриные яйца везут грудами, а я 2 месяца не могу добиться необходимого. Словно до Америки далеко! Он яростно набросился на телефон и стал куда-то звонить. В кабинете у него было все готово для каких-то таинственных и опаснейших опытов, лежала полосами нарезанная бумага для заклейки дверей, лежали водолазные шлемы с отводными трубками и несколько баллонов, блестящих, как ртуть, с этикеткою "доброхим", "не прикасаться" и рисунком черепа со скрещенными костями. Понадобилось по меньшей мере три часа, чтоб профессор успокоился и приступил к мелким работам. Так он и сделал. В институте он работал до одиннадцати часов вечера и поэтому ни о чем не знал, что творится за кремовыми стенами. Ни нелепый слух, пролетевший по Москве о каких-то змеях, ни странная выкрикнутая телеграмма в вечерней газете ему остались неизвестны.
* * *
Вся Москва встала, и белые листы газеты одели ее, как птицы. Листы сыпались и шуршали у всех в руках, и у газетчиков к одиннадцати часам дня не хватило номеров, несмотря на то, что "Известия" выходили тиражом в полтора миллиона экземпляров. Профессор Персиков выехал с Пречистенки на автобусе и прибыл в институт. Там его ожидала новость. В вестибюле стояли аккуратно обшитые металлическими полосами деревянные ящики, в количестве трех штук, испещренные заграничными наклейками на немецком языке, и над ними царствовала одна русская меловая надпись: "Осторожно: яйца". Бурная радость овладела профессором. - Наконец-то! - вскричал он. - Панкрат, взламывай ящики немедленно и осторожно, чтобы не побить. Ко мне в кабинет. Панкрат немедленно исполнил приказание, и через четверть часа в кабинете профессора, усеянном опилками и обрывками бумаги, забушевал его голос. - Да они, что же, издеваются надо мною, что ли, - выл профессор, потрясая кулаками и вертя в руках яйца, - это какая-то скотина, а не Птаха. Я не позволю смеяться надо мной. Это что такое, Панкрат? - Яйца, - отвечал Панкрат горестно. - Куриные, понимаешь, куриные, черт бы их задрал. На какого дьявола они мне нужны? Пусть посылают их этому негодяю в его совхоз. Персиков бросился в угол к телефону, но не успел позвонить. - Владимир Ипатьич! Владимир Ипатьич! - загремел в коридоре института голос Иванова. Персиков оторвался от телефона, и Панкрат стрельнул в сторону, давая дорогу приват-доценту. Тот вбежал в кабинет вопреки своему джентльменскому обычаю, не снимая серой шляпы, сидящей на затылке, и с газетным листом в руках. - Вы знаете, Владимир Ипатьич, что случилось? - выкрикивал он и взмахнул перед лицом Персикова листом с надписью: "Экстренное приложение", посредине которого красовался яркий цветной рисунок. - Нет, вы слушайте, что они сделали, - в ответ закричал, не слушая, Персиков, - они меня вздумали удивить куриными яйцами. Этот Птаха форменный идиот, посмотрите! Иванов совершенно ошалел. Он в ужасе уставился на вскрытые ящики, потом на лист, затем глаза его почти выпрыгнули с лица. - Так вот что, - задыхаясь, забормотал он, - теперь я понимаю... Нет, Владимир Ипатьич, вы только гляньте. - Он мгновенно развернул лист и дрожащими пальцами указал Персикову на цветное изображение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики