ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Мои мокасины издавали едва слышный шорох – хотя я и не умел двигаться столь бесшумно, как Дорр, но, даже отражаясь от каменных стен, звук вряд ли распространялся слишком далеко. Если бы мне удалось застать Стек врасплох, пока она будет чем-нибудь занята…
Но чем она может быть занята? Что она вообще собиралась сделать? Судя по всему, моя мать шла к своей цели все двадцать лет. Сумев каким-то образом познакомиться с Лучезарным, она убедила его явиться в поселок именно в это время, а затем солгала ему насчет «усыпляющего газа», чтобы он не смог ей помешать…
Помешать что?.. Даже в доспехах Рашида, что она могла сделать против богов?
Но боги использовали в качестве своих орудий машины – вроде птицы-слуги, из перерезанной шеи которой сейчас торчали оборванные провода. И с этой машиной ей достаточно легко удалось расправиться.

По мере того как угасал свет, шедший из ангара позади, я начал различать яркое сияние далеко впереди. Что ж, неплохо – я опасался, что богам и их слугам не нужен свет, поскольку они могут видеть в темноте.
Коридор закончился большим залом, залитым мрачным серо-голубым светом электрических ламп-трубок. Затаив дыхание, я прижался к стене, стараясь остаться незамеченным, но глаза не наблюдали никакого движения, звуки также не доносились. Постояв с минуту, я осторожно двинулся вперед.
По размерам помещение оказалось не меньше центральной площади Тобер-Коува… и все оно было заполнено стеклянными гробами.
Разбитыми гробами с мертвыми телами.
Я подошел к ближайшему. На моих глазах выступили слезы – Урго, несчастный Урго! Похоже, он мирно спал внутри гроба, пока кто-то не разбил стекло. Прежде чем мальчик успел проснуться, убийца перерезал ему горло одним из осколков стекла – вверх, поперек и вниз. Вся внутренность гроба была залита кровью.
Это сделала Стек. Моя мать. А затем она направилась дальше, к следующему гробу.
Торн, один из наших шумных соседей, живших в хижине рядом с нашей. В последний год она была женщиной, но передо мной лежало ее мужское тело – убитое, так же как и Урго, залитое кровью, собравшейся в лужу на дне гроба.
Дальше – Чум, любовник Торн. Мужское тело. Мертвое.
А в следующем гробу… В следующем…
– О, Каппи… – прошептал я.
Каппи, мужчина-Каппи, в луже собственной крови.
«Она должна была выбрать мужское Предназначение, – подумал я. – У нее были обожжены руки, и ей ничего не оставалось, кроме как стать мужчиной». Но эта ее половинка была мертва.
Я потянулся через разбитое стекло и дотронулся до его щеки. Мне вдруг пришло в голову, что я никогда не прикасался к ней таким образом – я-мужчина и она-мужчина.
– Каппи…
Тело уже начинало остывать.

Я с трудом заставил себя отойти от гроба. Больше я ничего не мог сделать – лишь запомнить как следует, за что должна умереть Стек.
Каппи спал, точно так же, как спали все наши души в Гнездовье, когда в них не было необходимости. Тело его было обнажено, и, приглядевшись внимательнее, я увидел тоненькие трубочки и провода, тянувшиеся снизу гроба и опутывавшие все тело Каппи, с головы до пят. «Питание», – подумал я. Птица приносит пищу своим птенцам; и здесь, в Гнездовье, боги тоже снабжали тоберов пищей, пока те спали. Пищей, водой, всем, в чем могло нуждаться тело…
Но гробы были слишком хрупки, чтобы противостоять убийце. Я представил себе, как Стек, одетая в доспехи Рашида, колотит бронированным кулаком по стеклу, а затем перерезает осколком горло – горло Каппи.
Я перешел к другому гробу. В помещении их были десятки, расположенных рядами: в первом ряду самые старшие из нашего поколения, Каппи и девятнадцатилетние; во втором – восемнадцатилетние, сплошь мужские тела; следующий ряд – семнадцатилетние…
О боги…
Я бросился бежать – мимо подростков, мимо детей, к гробам в дальнем конце зала. К самым младшим.
Ваггерт. Он в первый раз побывал в Гнездовье.
И в последний.
Стек убила его так же, как и остальных, – своего собственного внука. Она пробилась к его беззащитному маленькому тельцу и зарезала его, разбрызгав вокруг кровь.
Схватив «беретту», я начал колотить рукояткой по гробу, пока не проделал достаточно большую дыру для того, чтобы вытащить тело сына. Я поднял его, и младенец безжизненно обмяк у меня на руках.
В последний раз, когда я видел его живым, он радостно блеял: «Бе-е-е!»
Я прижался лицом к его голенькому животику и заплакал.

Потом я снова положил Ваггерта в гроб – лучшего места все равно бы не нашлось.
Я потратил время на то, чтобы проверить все остальные гробы в зале. Возможно, Стек кого-то пропустила; возможно, какой-то удар оказался не смертельным и кто-то из детей был еще жив.
Но все они были мертвы – мужские сущности всех детей Тобер-Коува. Олимбарг. Другие братья Каппи. Даже у мужской половинки Ивис было перерезано горло, точно так же как Дорр перерезала горло ее отцу.
Все были мертвы.
Я судорожно вздохнул. Я был единственным мужчиной, кого Стек оставила в живых. Она так любила своего мальчика… но любовь ее не распространялась на Ваггерта.
Будь ты проклята! О боги, накажите ее!
Ничего не произошло. Здесь, в обители богов, они позволили случиться подобному – и ничего не сделали, чтобы этому помешать.

Напротив двери, через которую я вошел, была другая, вернее, проход в другой неосвещенный коридор. Я не сразу решился туда пойти, так как уже подозревал, что именно там найду. Но единственной альтернативой было оставаться здесь, в безмолвном кровавом зале, в одном конце которого лежал Каппи, а в другом – Ваггерт.
Нет. Вперед.
Второй коридор оказался не столь длинным, как первый.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики