ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


МИГРАНТЫ


НЕКОТОРЫЕ ПОЯСНЕНИЯ
Так уж получилось, что истоки этих сюжетов уходят в достаточно
отдаленную по времени случайную встречу, вернее, импровизированную такую
вылазку одной компании, образовавшейся, как потом выяснилось,
непроизвольно, стихийно, как в те незрячие годы многое делалось.
Несвязность этой компании, очевидная бесцельность и анархия поездки только
оттенялись чудесной местностью, где решено было разбить табор, палаточную
стоянку на два-три дня. Не стану описывать абсурды и нескладуху, присущие
таким разнородным сходкам, не хочется также припоминать с натугой
подробности затяжной и в меру пристойной пьянки - обычной, типовой, скажем
так, для той поры, - отмечу лишь, что когда все разъезжались по домам, на
лицах гуляк отмечалось явное облегчение. Нет нужды говорить о том, что
компания эта в таком составе больше никогда не собиралась, и при редких
встречах участники пикника ощущали друг к другу что-то вроде неприязни и
смутного стыда...
А ведь, если разобраться, многие из них были людьми не совсем
обычными: к примеру, тамада вылазки мог нагреть любой металлический
предмет в своей ладони - буквально докрасна! Я сам "для интересу" отдал
ему свои ключи и уже через минуту перебрасывал раскаленную связку из руки
в руку под общие аплодисменты. На ключах до сих пор следы окалины.
Там же одна девушка, совсем юная с виду, специализировалась на
человеческих связях - на нитевидных тяжах, которые, по ее словам, оплетают
каждого человека, проникают в душу и мозг, уходят часто за горизонт, через
континенты, а иногда даже туда.
- То есть? - вяло поинтересовался я (шел второй час ночи, многие уже
разошлись от костра по палаткам).
- Туда, - неопределенно махнула девушка в сторону звезд.
Был еще там один необщительный спортсмен, который на спор, подобно
кроту, мгновенно зарывался в землю и тут же эффектно выкарабкивался из
соседнего склона. Он также практиковал кунг-фу и какое-то экзотическое
восточное мировоззрение, что не мешало ему пить "как лошадь".
Заинтриговала также всех длинноволосая брюнетка, внешне не особенно
примечательная, которая, знакомясь с мужчиной, производила возле его плеча
неуловимый пас. "Для страховки", - так объясняла она. Дело в том, что на
ней тяготело проклятье неизбывной, смертоносной любви, и она, как могла,
старалась уберечь людей от этого.
Еще там обретался человек, ничем особенно не примечательный, он лишь
время от времени сдержанно стонал. Его непрестанно мучила совесть. Он
изрядно омрачал и без того не особенно буйное веселье. Говорили, правда,
что он мучился в основном за других.
Надо сказать, что почти все собравшиеся обладали даром предвидения,
но пользовались им крайне неохотно и старались развивать у себя обычное,
свойственное простому человеку представление о будущем, как о целом наборе
возможностей.
Повторяю, погода стояла чудесная, и любитель визуальных наводок мог с
блеском демонстрировать свое искусство в прозрачном воздухе; но, опять же,
это не вызывало особого интереса.
Как уже говорилось, все эти необычайности могли так и сгинуть,
проявившись лишь на миг, уйти в забвение, подобно другим, куда более
важным вещам, если бы не моя возможность (самая, пожалуй, малозаметная на
фоне красочных качеств прочих) - это способность улавливать потенциальные
сообщения, воссоздавать их прямо-таки из двух-трех случайно оброненных
слов и затем излагать их, по мере возможности сохраняя стиль и особенности
каждого повествования. Со временем к этим сюжетам, записанным наскоро
после той встречи, добавились другие, подобные, а еще и случайные тексты -
объявления, вырезки, записки, вырванные страницы, развеянные архивы (если
приглядеться, бумажный смерч окружает нашу кренящуюся Вавилонскую башню),
- которые мне показалось уместным объединить в этой подборке. Сдается
порой, что эти странные и на первый взгляд абсурдные отрывки,
встречающиеся на каждом шагу в море обыденной информации, помогают как-то
понять собственно нашу, не такую уж реальную реальность.
Почему подборка названа "мигранты"? Никакой связи с термином, имеющим
хождение в Прибалтике; просто мне все эти люди показались тогда как бы не
имеющими корней палаточными кочевниками, бродягами по своей сути, несмотря
на то, что большинство имело пресловутую прописку и довольно хорошее
жилье. Два-три интеллигентных бомжа не в счет, тем более, что они сами
избрали такой образ жизни. Но все без исключения представляли собой
человеческий транзит в чистом виде; их коренные интересы находились где-то
очень далеко, вне сферы обитания.

ПРОБЛЕМА НАСЛЕДОВАНИЯ
Часто думаю: в наше скверное время могли бы родиться какие-то сказки,
легенды, притчи, коих множество возникало и циркулировало в эпохи куда как
худшие (а ведь были худшие, чего там, возьмем хотя бы татар, или же
опричнину - хоть ту, хоть недавнюю)? А вдруг нынче, в связи с деградацией
и повальным избиением прессы, из слухов и сплетен опять возродится
фольклор? Как бы, к примеру, выглядела общеизвестная версия о престарелой
коронованной чете, озабоченной проблемой наследника?
...Жили король с королевой, и всего у них было в достатке, однако
Господь не даровал им детей. Престарелые супруги, одолевая стыд, куда уж
только ни ходили - и к сексопатологу, и к эндокринологу, к экстрасенсу, к
знахарке - все тщетно, пока - как это водится в сказках - совершенно
случайно не прознали о чудодейственном заморском средстве, гарантирующем
результат. Нет нужды расписывать те мытарства и полупреступные ситуации, в
каковых обставлялись их поиски, каждый из нас может легко представить себе
все эти улещивания нужных лиц, звонки, очереди, подворотни, торопливые
воровские переговоры с нужными людьми (по виду сущими подонками), уловки и
комбинации на подступах к драгоценному препарату, который, как у нас
водится, завозился тоннами и скармливался вельможным парам чуть ли не как
вермишель (хотя обычно это порода плодится без затруднений, подобно
кроликам, безо всяких там пилюль). И вот, наконец, долгожданный миг - в
подвальном коридоре престижной клиники чернявый ординатор, опасливо
зыркнув туда-сюда, сует в королевскую руку стеклянный цилиндрик, в
котором, подобные крупной дроби, перекатываются зеленые глянцевые шарики
пилюль... О, радость! Монархи вмиг забывают обо всем, но ординатор стоит,
всем видом своим показывая, что дело еще не окончено. Король,
спохватившись, сует в карман белого халата увесистую пачку, и ординатор
тут же деловито удаляется - не принято у нас унижаться и благодарить за
королевские подарки.
...И тогда проглотила королева горошину и враз забеременела - так,
что ли, в первоисточнике? Нет нужды живописать тихую радость пожилой пары,
ведь она, само собой, омрачена тревогами, подготовкой к родам, и без того
непростым в наших условиях. Наконец, в срок, в нужном роддоме (гнусный
советский термин), с помощью задаренной снизу доверху акушерки появляется
малыш. Мальчик! Король в ожидалке родильного дома заливается слезами под
недоуменными взглядами молодых отцов, для каковых рождение сына лишь еще
один повод надраться в стельку. Не успевает он толком успокоиться и
вникнуть в свое счастье, как санитарка возглашает еще более ошеломительную
новость - двойня! Король потрясен, он понимает это как награду свыше за
тусклые годы бездетности, и даже мысль об усложнении института
наследования его пока не посещает. Он передает благой вестнице огромный
веник из хризантем, называемый у нас "букет" и, счастливый до опустошения,
падает в кресло. Молодые отцы в противоположном углу пьют водку; один
провозглашает:
- За того многодетного деда!
И как в воду глядел. Санитарка с выпученными глазами сбегает с
лестницы, пальцами изображая "три"! "О, Боже!" - бормочет король. Он не
знает, как на это реагировать, его эмоции обесточены, ощущение чего-то не
вполне благополучного возникает в его потрясенной душе, поэтому известие о
том, что на свет произошли четвертый и пятый отпрыски всего лишь повергает
его в ступор (а нормально последовал бы инсульт). И дальше сюжет
развивается уже не по сказочной канве - до самого финала, где она
неожиданным образом вновь появляется.
Итак, покуда король в прострации переваривает сообщения о все новых
своих сынах и дочерях, родильный дом, это обычное предприятие по
производству граждан, постепенно становится на уши. Весь персонал
сгрудился возле стола королевы, которая с интервалами в полминуты
производит очередного младенца. Уже не хватает каталок (на десять
новорожденных каждая, заметьте!), весь коридор и столовая завалены
королевичами, а горшочек продолжает варить (тут к слову подвернулась
другая сказка). Прочие роженицы брошены на произвол судьбы и вопят там и
сям в закутках огромной больницы, пока не разрешаются, как говорят в
народе, самопалом. Наконец, и до главврача, человека тупого и корыстного
одновременно, доходит, что положение в роддоме авральное, и он трезвонит
городским властям о помощи. Королева-мать (да еще какая мать, куда всем
прочим матерям) изнемогает от усталости, выталкивая в свет все новых и
новых принцев. На третьи сутки полусвихнувшийся король уходит домой - ему
сказали, что конца родов пока не предвидится.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики