ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Чертовски смешная..."
Но генерал не потерял голоса.
- Касательно цепочка ракет с Новой Земли. Район 2А. Все линии
нейтрализовать. Удаленные установки атаковать по возможности.
Гуарнелис подумал о невозможной шахматной доске, о своем невидимом
противнике на том краю света. Пешка е2 на е4. Скоро придет время пустить в
ход коней, потом слонов. А может, следует походить ферзем и попробовать
поставить противнику детский мат?..
На центральной панели не осталось ни одного зеленого огонька.
Конфликт быстро разрастался. Цепочки ракет по трансполярным и
трансатлантическим траекториям быстро неслись к своим целям. Посыльные
прибегали один за другим, почти без перерыва. И невыносимые решения... их
приходилось принимать постоянно, тоже без перерыва.
Атака, оборона, контратака. Целые рои ракет неслись уже к Нью-Йорку,
Детройту, Чикаго, Сан-Франциско, Вашингтону. Им наперехват устремлялись
сотни ракет типа "земля - воздух". А другие ракеты несли свой смертоносный
груз к Ленинграду, Москве, Харькову, Одессе и другим городам востока.
Для генерала Гуарнелиса Трон Мира превратился в Трон Огня. Как ему
хотелось (глупая, бессильная мечта), чтобы ответственность лежала на
чьих-то других плечах, чтобы он сам вообще не появлялся на свет.
Подошел еще один посыльный. Желтый огонек погас. Вместо него зажегся
красный.
Гуарнелис читал сообщение, и его сердце разрывалось от безудержного
безутешного плача. Нью-Йорк мертв. Пятая ракета первой цепочки донесла
свой груз вечной тьмы до цели.
Нью-Йорк, гордый город... на планетарной шахматной доске стало одной
пешкой меньше.
Разрушение - это безумие. Но логика безумия крепче логики любви, или
страха, или милосердия. Разрушение будет продолжаться, пока остается что
разрушать, пока не погибнет само желание разрушать.
"Нельзя играть в шахматы городами, - думал генерал Гуарнелис, - ибо
города - это люди - хорошие и плохие, подлые и благородные - а люди - это
святой храм жизни".
И еще он подумал: "Это неподходящие мысли для солдата".
И еще: "Солдат - это богохульство".
И вдруг он принял решение. Пусть последнее богохульство постарается
сохранить хоть что-то, хоть где-то. Нет, не ради победы в войне и не ради
поражения. Нет, только ради сохранения. Ведь если разрушение будет и
дальше продолжаться на уровне планетарных шахмат - не спасется никто. Ни
один человек. Значит, концепцию шахмат следует отбросить. Надо исчерпать
тотальность разрушения.
Генерал Гуарнелис отдавал приказы. Со странным беспристрастием он
отметил, что голос его ничуть не дрожит.
- Всем частям Западного командования. Красная готовность. Повторяю
Красная готовность. Всем подразделениям программированным восточные цели.
Запуск пять. Водородные.
"И, - мысленно добавил он, - Боже, помилуй наши души".
Посыльные появлялись теперь по двое, по трое. Нью-Йорк стал всего
лишь первым в длинном списке жертв.
Гуарнелис чувствовал, как где-то глубоко внутри зашевелилось, словно
раскаленный докрасна нож, чувство вины. Ведь они - он и его противник на
том краю света пытались положить конец миллионам лет эволюции. Они предали
человеческий свет огню, который, не будучи божественным, являл собой плод
разума настолько надменного, что место ему было в самом аду.
И вдруг Гуарнелис понял, что он и его противник - это два самые
одинокие, самые презираемые существа на всей планете. Эта мысль не
добавила ему радости. Гуарнелис знал, что не хочет больше жить. Незачем.
И в этот миг оглушающе прогремел звонок "Прекратить огонь". Этот
зуммер был соединен с коротковолновым приемником, и активизировать его мог
только сам президент или его преемник. И тут же на пульт перед ним легло
сверхсрочное сообщение. Оно гласило:
"Президент непосредственно К.К. Западного Командования. Прекратить
атаку. Повторяю. Прекратить атаку. Идут переговоры. Толбой".
Сообщение явно было подлинным: Толбой - код, известный только
президенту, Ватерману и ему самому. Для каждой вахты использовался другой
код...
И однако, возможность саботажа полностью исключить нельзя...
Решение надо принимать быстро. Нет времени раздумывать о возможностях
дипломатических переговоров между странами, стоящими на краю взаимного
уничтожения. Нет времени отличить безнадежность от глупости. Нет времени
подумать.
- Всем частям Западного командования, - ровным голосом сказал
Гуарнелис в микрофон. - Зеленая готовность. Повторяю. Зеленая готовность.
Остановить ответный удар. Повторяю. Остановить ответный удар. Атаковать
только ближайшие цели. Повторяю. Атаковать только ближайшие цели.
Еще одно решение, которое следует принять. К этому времени более
половины ракет Западного командования несутся в черно-голубых просторах
стратосферы к своим восточным целям. Не зря он дал приказ о Красной
Готовности. Вопрос в том, должны ли почти достигшие цели ракеты (а это
почти все) донести свой груз, или их следует уничтожить? Если их не
уничтожить, то это, вне всякого сомнения, сорвет переговоры. С другой
стороны, если их все-таки уничтожить, то огневая мощь Запада будет
ослаблена. Причем ослаблена до такой степени, что если переговоры не
увенчаются успехом, то капитуляция неизбежна.
Невыносимое решение. Но и жизнь сама тоже невыносима.
- Всем боевым частям. Стоп запуск восточные цели. Повторяю. Стоп
запуск восточные цели.
1 2 3 4

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики